Книга Непокорная. Месть Горца, страница 16 – Ольга Дашкова

Сжимаю челюсти, но молчу. Не буду провоцировать его на новые обвинения. Допиваю чай, ставлю стакан на стол.

— Спасибо, — говорю сухо.

— Вот и хорошо. Видишь, как мы славно можем договариваться? — Эльдар подходит ближе. — А теперь руки за спину.

— Э… мне в туалет надо. Как я, по-твоему, сделаю это с завязанными руками?

Мужчине ничего не остается, как развязать мне ноги, с трудом поднимаюсь.

— Иди вперед, и без фокусов.

Выходим на улицу, воздух свежий, но вид красивый, если бы не мое положение, я бы могла им залюбоваться. Зеленая долина простирается внизу, справа скалы, где-то шумит горная река. Идем недолго, а когда подходим к странному сооружению, я останавливаюсь.

— Что это?

— Туалет.

— В смысле?

— В прямом. Заходи, делай свои дела, и быстро.

— Я не пойду туда, нет.

— Тогда можешь сходить под себя.

Зло смотрю на Эльдара, а ему весело, кривая ухмылка на губах, в глазах злорадство, даже шрам побелел. Ничего не остается, как действительно зайти в это сооружение, запах ужасный, делаю все свои дела, вылетаю оттуда пулей. А Радзиев уже чуть ли в голос не смеется.

— Это не смешно.

— Еще как смешно. Надо бы снять тебя на видео, как принцесса впервые побывала в уличном сортире.

Сжимаю кулаки, быстро иду обратно в дом, сажусь на диван.

— А что насчет одеяла? Ночью очень холодно.

— Это горы. Здесь всегда холодно по ночам.

— Я могу заболеть.

— Ничего, выживешь. Закалишься.

— Зачем тебе больная пленница?

Эльдар усмехается:

— А ты боишься заболеть? Принцесса не привыкла к неудобствам?

— Я не принцесса! — вспыхиваю. — И не избалованная дура, какой вы меня считаете!

Эльдар

Третий день ее пребывания здесь, а Амина по-прежнему пытается воевать со мной и с обстоятельствами. Вчера весь день просидела голодная, отказываясь готовить. Сегодня утром я нашел ее спящей на полу — с дивана она демонстративно сбросила все одеяла, которые я ей все-таки принес.

Упрямая до безумия.

Все эти дни между нами была откровенная борьба. Амина не отступала, огрызалась, делала все назло, но в итоге мы нашли компромисс.

Сижу у окна с кружкой кофе и наблюдаю, как она пытается растопить печь. Мы с ней заключили что-то типа договора. Я дам ей свободу передвижения, а она будет готовить, топить печь, выполнять все женские обязанности по дому. И вот она уже полчаса мучается с дровами и спичками, но огонь никак не разгорается. Лицо красное от натуги и злости.

— Проклятье! — слышу ее шипение.

Усмехаюсь. Маленькая принцесса явно не привыкла к бытовым трудностям. В родительском доме за нее все делали слуги.

— Проблемы? — спрашиваю, входя в комнату.

Она даже не поворачивается.

— Отвали.

— Какие грубые слова для воспитанной девушки из хорошей семьи.

— А какое воспитание у похитителя и подонка? — парирует она.

Подхожу к печи, одним движением поправляю дрова, и огонь моментально вспыхивает. Амина смотрит на это с таким видом, будто я показал ей фокус.

— Дело в тяге, — поясняю. — Нужно оставлять промежутки между поленьями.

— Спасибо за урок выживания, — холодно отвечает она. — Теперь можешь идти.

Но я не ухожу. Остаюсь стоять рядом, изучаю ее профиль. Упрямо сжатые губы, гордо поднятый подбородок. Даже в помятой одежде и с растрепанными волосами она красива. Особенно когда злится — глаза горят как у разъяренной пантеры.