Онлайн книга «Эндшпиль»
|
Звенят бокалы. Дамы пускаются в воспоминания. У кого и как все проходило, и чем закончилось. Опыт у моих девчонок преимущественно положительный. Если не принимать во внимание бабку Ивы Клару Романовну, которая, впрочем, рожала шестьдесят лет назад, так что думаю, ее негативный опыт не очень релевантен в наше время. Поскольку среди моих подружек либо совсем пожилые леди, либо молодые мамочки, сильно мы не засиживаемся. Поэтому когда Рамиль возвращается со встречи с матерью и бабкой, которые — о чудо! — происходят все чаще на нейтральной территории, я даже успеваю прибраться за гостями. Почему Рамиль теперь предпочитал встречаться с матерью и бабушкой в городе, а не дома? Все просто. Он их дрессирует. Почему-то даже после нашей свадьбы Динара Александровна так и не поняла, что не может появляться на пороге нашего дома, когда ей взбредет в голову. Первый раз они приехали «на пару дней». Прожили неделю. Второй — через месяц, «просто повидаться». И как-то незаметно остались почти на месяц. На третий раз Рамиль не выдержал. Сначала очень спокойно напомнил, что у всех взрослых людей есть телефоны. Потом объяснил, что предупреждать о визите — нормальная практика. А после четвертого внезапного появления, во время которого мы вообще-то были заняты очень важными супружескими делами, принципиально снял им номер в гостинице. И с тех пор стоял насмерть. Нет, в открытую они уже почти не конфликтовали. Динара Александровна слишком уважала сына, чтобы идти против него напролом, а я слишком любила Рамиля, чтобы вмешиваться в их разборки. Поэтому у нас сложился своеобразный пакт о ненападении. С моей семьей, кстати, таких проблем вообще не существовало. И, думаю, именно это в конечном счете утвердило Рамиля в мысли, что внезапные визиты его родни — довольно сомнительная практика. Моим бы и в голову не пришло заявиться без приглашения. Мама до сих пор спрашивала: «Марин, а Рамилю точно удобно, если мы приедем?». Да и на сколько они приезжали? На пару дней. Когда Ане потребовалось обследование. В общем, вытираю со стола, когда от резкого запаха стоящих на нем цветов меня внезапно начинает мутить. Ух ты! Так вот ты какой — токсикоз?! Опираюсь ладонями о край. Делаю медленный-медленный вдох сквозь зубы, когда слышу шаги. — Что случилось? — моментально подскакивает ко мне муженек. Да ладно, я что, вот прям так плохо выгляжу? — Голова закружилась. Наверное, устала просто. — Или?.. Сердце подскакивает. Поворачиваю голову, скользя по лицу мужа подозрительным взглядом. Да нет… Он не может знать. Я оттягиваю этот момент до победного, понимая, что как только Шакиров узнает про беременность, наша счастливая семейная жизнь неизбежно превратится в спецоперацию по вынашиванию наследника. С графиками. Врачами. И с контролем всего, что можно контролировать. — Может, дело в задержке? Да нет! Ну… как так? А собственно, чему я удивляюсь. Он все всегда замечает! — Может, — сиплю я. — И… как давно ты в курсе? — Дней семь… То есть с первого дня. Да блин. — И молчал?! Вот это совсем… Совсем на него не похоже! — Ждал, когда ты сама скажешь. Я смотрю на него во все глаза. Рамиль устало проводит ладонью по лицу и неожиданно тепло улыбается. — Вдруг ты хотела сюрприз сделать. Я все испортил? Трясу головой — нет! Мне такое и в голову не пришло бы. Потому что такими сюрпризами Шакирова можно и в гроб загнать. Ну, я так думала… А он ничего, вон. Держится. Правда, садится, не доверяя ногам. Но обнимает меня за бедра. И утыкается лбом в живот. И сидит. Просто сидит так несколько секунд… Молча. У меня внутри в этот момент буквально все плавится. — Рамиль… Он медленно выдыхает. Поднимает голову. Какие же у него глаза… Шальные. Счастливые. Испуганные. И абсолютно точно влюбленные. — Я так сильно тебя люблю, Марин, — говорит он хрипло. — Ты даже не представляешь. — Почему же? Я тоже тебя люблю. Очень-очень. Ты — лучшее, что со мной случилось. — До него? — он мягко проводит по моему животику. — Нет. Не до. Лучшее… — Он родится, и ты запоешь по-другому. — Ревнуешь? — Нет. Так и должно быть. Наверное… Со смехом сгибаюсь пополам и утыкаюсь в его макушку. — Даже когда он родится, это будет все равно второе по важности событие в моей жизни. А первым со мной все же случился ты. Конец |