Книга Лекарство от одиночества, страница 23 – Юлия Резник

— Вера звала нас прокатиться на яхте. Завтра. Я думаю поехать, ты как? — спрашиваю у Юры, не особенно надеясь, что он согласится.

— Интересная постановка вопроса. Раньше мы вместе решали, как провести единственный выходной.

Валов проходится по мне тяжелым немигающим взглядом, но хрен он угадал — я не собираюсь извиняться и испытывать чувство вины за то, как у нас все в последнее время складывается. Потому что это он отдаляется от семьи. Он, а не я…

— Но раз ты хочешь выйти в море, я, конечно, поеду с вами.

Знала бы я, чем это все закончится…

— О, ты и Бутенко позвала? — не скрывая удивления в голосе, осторожно иду по понтону к яхте.

— Ага. Я тут была у него на приеме, — Вера ведет плечом, — ну и предложила, особенно ни на что не надеясь. А он взял и согласился, представляешь?

— Ты? На приеме у онколога? — я оглядываюсь, чтобы убедиться, что идущему за нами следом Юре не нужна моя помощь с сумками. Навьючили мы его — будь здоров. В одной руке три пакета, в другой — сумка, и еще рюкзак с Мишкиным барахлом на плече.

— А… Да. Ничего серьезного. Перестраховка, — машет руками Вера. С улыбкой подает руку капитану, лихо спрыгивает на палубу и тянется к Мишке. — Ну что, Мишань, готов к плаванию?

— Ага, — кивает тот, зачарованно озираясь по сторонам. Я спрыгиваю следом за сыном. Мишкин восторг заразителен и понятен. Здесь и впрямь есть на что посмотреть. Яхта новая и большая. Белоснежные бока контрастируют с медового цвета доской, устилающей палубу, и хромированными деталями в оснастке. Все вместе это выглядит просто шикарно. А какой парус! Сейчас, конечно, спущенный, но ведь нетрудно представить, каким он станет, поймав попутный ветер…

— Ты Мишке взяла жилет, или здесь поищем?

— Взяла, конечно. Он у Юры в рюкзаке.

Отойдя в сторонку, наблюдаем за тем, как мужчины затаскивают на палубу баулы с вещами и снедью.

— Надеюсь, вы не завтракали. Я предлагаю сразу накрыть на стол. Как думаешь, шампанское с утра — это слишком?

Приподняв брови, заглядываю Вере в глаза. А та смеется и заговорщицки мне подмигивает.

— Что? Не ожидала?

— От тебя — нет! — признаюсь как на духу.

— Я такая скучная?

— Не скучная. Просто… Как бы это сказать? Правильная? Мне это страшно в тебе импонирует.

— Ой, да брось.

— Я серьезно! Ты кажешься такой, — щелкаю пальцами, подыскивая нужное слово, — непогрешимой.

— Значит, точно пора нагрешить. Семен! — зовет мужа. — Где пакован с выпивкой?

Шведов бросает канат, раздвигает сложенные один на другой пакеты и выуживает на свет божий солидного вида переносной холодильник. Про Семена я ничего плохого сказать не могу. Мы не так часто видимся, а когда это происходит, он всегда внимателен к Вере и обходителен, но иногда… Иногда в его взгляде на жену проскальзывает что-то такое, от чего я невольно ежусь. И отвожу глаза с мыслью, что подсмотрела нечто интимное, предназначенное только для этих двоих. Не спрашивайте. Я не могу этого объяснить. Он как будто одержим ею.

— Ты когда в последний раз напивалась? — улыбается Вера, снимая мюзле с бутылки шампанского.

— Интересное дело, — хмыкает Семен, наблюдая за происходящим со сложным выражением на лице. Там и удивление, как мне кажется, и настороженность, будто он не знает, чего еще от своей жены ждать. Интересно, что у них происходит? В несвойственной Вере оживленности мне видится что-то странное.