Книга Девочка. Девушка. Женщина, страница 15 – Юлия Резник

— Верх, ну ты че скис? Нормально ж все уже было. Катерина вон… Нормальная же баба.

— Слав, ты услышал? — прикрыл я глаза. — Порешай с директором.

Чуть более чем за год до основных событий.

— Ну как все прошло? Что он сказал, Сенька? На тебе лица нет! Еще и тайфун таки до нас добрался. Как вы доехали? Нас, наверное, опять затопит, и всем будет плевать.

Мама нервничала. Ее сбивчивая речь была тому наглядным подтверждением. Успокаивающе погладив заполошную по руке, я прошла в комнату. Уселась на разложенный и застеленный к моему возвращению диван.

— Ир, ну что ты опять на нее с порога налетела? — вмешался отец, возвращаясь с балкона после очередного перекура.

— Все нормально, пап, — успокоила я обоих. — Маму можно понять. Я вообще не представляю, как вы умом не тронулись в таких обстоятельствах.

Я устало потерла глаза. Хорошо, свет не включали. Смотреть друг на друга было до смешного неловко. Каждый чувствовал вину и стыд. Мама — за то, что это мы из-за нее попали в такую страшную ситуацию, отец переживал, что не смог нас защитить, как в его представлении должен был бы поступить любой уважающий себя мужчина, а я… За то, что попыталась, и не факт, что смогла.

— Хреново, Сенька. Хреново мы справляемся. — Мама подошла к окну, как раз когда комната озарилась яркой вспышкой молнии.

— Раз, два, три… — начала считать я, как в детстве, и тут загрохотало — мощно, раскатисто. И заискрило где-то.

— Провода оборвало, — тихо заметил папа. — Фонарь или свечи?

— Мне все равно. Я спать.

— Нельзя, Сень. Лучше с первого дня жить по новому времени. Так легче справиться с джетлагом.

— Я знаю, мамуль. Но ты бы знала, как чудовищно я устала, — пожаловалась опустившейся рядом со мной на диван маме, склоняя голову ей на плечо.

— Он тебя обидел?

— Нет. Что ты. Он меня накормил.

— И? Ну, что ты томишь меня, Сенька? — потеряла терпение мама. Смотреть на нее такую — дерганную, испуганную, отчаявшуюся — было совершенно невыносимо.

— Я не знаю, мам. Он сказал, что все будет нормально, но подробностей не объяснил.

Ну не говорить же ей, что под занавес разговора я умудрилась Вершинина разозлить? Она спросит, что я сказала, а я же вроде ничего такого…

— Тут ходят разговоры, что он жениться надумал.

Что-то екнуло в груди, сердце, запнувшись, замерло и застучало вновь, подхватив ритм бьющейся в окно непогоды.

— Ну и что? Главное, чтобы в предсвадебных хлопотах он не забыл о нас.

Я говорила с уверенностью, которой совершенно не испытывала. Говорила просто потому, что мне нужно было верить во что-то хорошее. Иначе… А что иначе? Суд? Надо хоть посмотреть, какой матери грозил срок. Но сначала мне и впрямь не мешало бы выспаться. Почему-то, несмотря на все тревоги, казалось, что здесь я усну нормально. Без таблеток, расслабляющих ванн и обязательной медитации на ночь.

— Мамуль, я засыпаю.

И ведь отрубилась в момент, сразу же. Не слыша, как вернулся отец, их с матерью шепотков на кухне, а проснулась, когда зазвонил телефон.

— Алло, — прохрипела в трубку.

— Нет, я ее жду, понимаешь ли, а она спит! — возмутилась Даночка.

— Ждете?

— Да, мы же условились, что ты забежишь на чай. Или забыла?

Точно. Что-то такое было. Пришлось соскребать себя с дивана, попросив у Романовой полчаса. Жили мы в соседних подъездах, но ведь еще нужно было собраться.