Книга Девочка. Девушка. Женщина, страница 38 – Юлия Резник

«Артур, меня очень волнует один вопрос».

Я не успеваю отправить свое сообщение, как он мне перезванивает.

— Какой?

— Слухи о твоей женитьбе… Я не буду твоей любовницей, если…

— Ты будешь моей единственной, — не дал он закончить. И меня опять накрыло. Дыхание сбилось, а внизу живота густой патокой разлился жар. О боже!

— Хорошо. Тогда до завтра, да? Ой, а мне в аэропорт ехать? Или как это вообще происходит?

— Я заеду за тобой, — рассмеялся Вершинин. — И все покажу.

Я со стоном скатилась вниз по спинке и спряталась под подушкой. Почему мне было так стыдно? Ума не приложу. Почему-то казалось, что он относится ко мне жутко снисходительно, как к маленькой глупенькой девочке. Мне это не нравилось. Или… напротив? А как уверенно прозвучало это «ты будешь моей единственной»! Как будто у меня и выбора не было. И тут мне, наверное, надо было напрячься, а не растекаться как безвольная биомасса. Но не получалось… Думалось лишь о том, каково это — быть единственной для такого мужчины.

— Сень, ну ты идешь?

— Бегу!

Тем вечером мы с Романовой больше не касались наших с Артуром отношений. Говорили все больше о работе. И поскольку это была неисчерпаемая тема, спать я легла поздно. Проспала. Едва успела собраться к оговоренному с Вершининым времени. Он подъехал без опозданий. Вышел, чтобы открыть для меня дверь. Расслабленный — в джинсах и сдержанном поло, в которых он выглядел беззаботнее и моложе. Или все дело в том, как он улыбался?

— Осторожно. Там на сиденье…

Черт! Я чуть было не раздавила шикарный букет! Просто ничего не видела, ведь перед глазами его лицо застыло.

— Это мне? Спасибо. Очень красиво.

— Можешь меня поцеловать в благодарность.

О-ох. Ну какие же у него глаза! Столько лет я Артура знаю, а только теперь заметила. И все, что в них, ведь на меня направлено — вся жажда, все безумие, сейчас так старательно контролируемое. И тут вот какая мелькнула мысль — всего этого не было бы, останься я в столице. Но если задаться вопросом, что бы я выбрала, позволь мне судьба выбирать, вывод был очевиден. Может, как раз об этом и говорила Даночка?

Впрочем, какая разница? Если выбора нет.

Я приподнялась на цыпочки и смущенно тронула его щеку губами

— Ты побрился.

— Кожа у тебя нежная. Не хочу… следы, — просипел он, потом вздохнул как-то так рвано и… — Хотя нет. Вру. Хочу всю тебя пометить.

О-ох. Я задышала чаще. Не отрываясь от щеки Артура, прикрыла глаза.

— Нам, наверное, ехать надо, — пискнула. Вершинин нехотя отстранился, помог мне устроиться и захлопнул дверь. Сел рядом, ловко вырулил из подворотни, переключил скорость и, раскрыв ладонь, оставил руку лежать на коробке передач. Если это было не приглашение, то я даже не знаю что. Но все равно оставался страх, что я как-то не так его поняла. Какая же я все-таки отсталая в этих всех… отношениях! Дернулась было, и испуганно осеклась.

— Смелее, — улыбнулся уголком губ Вершинин. Я вложила пальцы в его ладонь и спрятала лицо в ароматных бутонах фрезии.

— Нравятся?

— Да.

— Но ты почему-то все равно не выглядишь довольной. Давай, выкладывай, что еще тебя беспокоит кроме моей невесты.

— Так, значит, она все-таки есть? — ахнула я.

— Слушай, Сень. Ну, я же взрослый дядя, да? До тебя у меня была жизнь. А невеста… Чтобы все по местам расставить, нам надо встретиться. Ты-то че дергаешься?