Книга Мой папа - Дед Мороз, страница 72 – Юлия Резник

— Ну, что? К делу? – взял быка за рога Жорка, скользнув взглядом по циферблату часов.

— Да нет никакого дела. Просто небольшая консультация нужна.

— Выкладывай.

— Как я могу доказать отцовство ребенка? – покрутив в огромных руках маленькую кофейную ложку, спросил Илья. - Это вообще… возможно? И какие в таком случае я получу права?

Жорка удивленно вскинул бровь:

— А мать, что же? На мировую идти не хочет?

— Не знаю. Я еще с ней не разговаривал. Хотел сначала прощупать почву.

— Чтобы знать, на что надавить, - с удовольствием растер руки Коган. Илья промолчал, не став разубеждать приятеля. Ни на что он давить не собирался. А тем более на Надю… Он просто хотел знать о своих правах. На всякий пожарный случай.

— Ну, смотри… Я так понимаю, что в графе отец «прочерк»?

— Наверное, - повел широкими плечами Илья, а потом замер от пришедшей в голову мысли! А что, если нет?! Что, если там этот… человек нехороший?!

— Да ладно! Неважно, – отмахнулся Жорка от его сомнений, - в любом случае отцовство придется устанавливать через суд.

— Это как же?

— Как-как… Элементарно! Подготовим заявление об установлении отцовства, докажем, что малец твой… Кстати, кто у тебя - дочь, сын?

— А какая разница?

— Да никакой! – рассмеялся Коган, чутко уловив растерянность Левина. - Это я так, из интереса и не для протокола.

— Ааа… Сын, – с некой гордостью в голосе отрапортовал Илья.

— Парень - это хорошо! – похвалил Жорка, снова растер ладони и продолжил: - Докажешь, что ты отец и – вуаля! У тебя же есть доказательства?

— Можно сделать генетическую экспертизу. У меня есть генетический материал.

— Фиг там, Илюшенька. Нет, чисто для себя ты, конечно, можешь и сделать, но в суде об этом помалкивай. Потому что экспертиза такого рода может проводиться только с согласия матери. То есть ты, конечно, для порядка заявишь о желании ее провести, но далеко не факт, что мать согласится. Сечешь, о чем я?

— И что же тогда? Замкнутый круг, выходит?

— Ну, почему же? Если мать ребенка будет препятствовать проведению экспертизы, эти действия могут быть расценены судом в пользу отца, то бишь, тебя.

— Но ведь могут и не быть расценены? – вконец растерялся Илья.

— Обижаешь! А я тебе зачем? Убедим, если надо - подмажем, ты же дома, Илюша. Забыл, как здесь все решается? Мы тут не по закону живем, и не по совести даже.

— А по чему же тогда?

— По обстоятельствам! – засмеялся Жорка, похлопав Илью по плечу.

Они еще посидели немного, разговаривая ни о чем, перемывая кости одноклассникам, по крайней мере, тех, кого не потеряли из виду, а ведь было много таких, а потом разошлись каждый по своим делам, договорившись встретиться к концу недели, дабы определиться с порядком действий. От денег за консультацию Жорка категорически отказался, но милостиво позволил Илье оплатить свой обед. Из ресторана Левин вышел в состоянии странного душевного раздрая. Опять его преследовало чувство неправильности происходящего. Надоело!

Из-за пробок в клинику вернулся ближе к вечеру. Непривычно взбудораженный и беспокойный. Толкнул дверь, злясь сам на себя, и замер в дверях.

— Привет, - первая поздоровалась Надя.

— Привет. - Прошел через комнату, небрежно бросил в кресло портфель. Размашисто провел ладонью по мокрым от растаявшего снега волосам. – Ты рано, - констатировал напряженно, не в силах совладать с собственным голосом. Испытывая ничем не мотивированный панический страх потерять то, что вдруг стало жизненно важно.