Книга Грешник, страница 36 – Юлия Резник

— Иди в кухню, Карина. Там поговорим, - чуть понизив голос, распорядился Громов и, уже не глядя на девчонку, обернулся к Наташе. - Хочешь поприсутствовать при разговоре?

— Нет. Лучше... потом вы сами мне все расскажете.

Несколько долгих секунд Громов вглядывался в ее лицо в попытке понять, как ему лучше всего поступить. В который раз пораженный её доверием. Как всегда в такие моменты, все в нем переворачивалось. Потревоженным зверем рвалось наружу. Держать себя в руках становилось с каждым разом сложнее.

— Хорошо. Я постараюсь быстро.

Глеб поднял руку и, не удержавшись, погладил Наташу по щеке, а она уже ставшим таким родным жестом потянулась за его пальцами. Опустила подрагивающие ресницы на фарфоровые бледные щеки и ненадолго замерла.

— Ну, я пошел?

Она прикусила губу, кивнула и попятилась. Громов проводил ее взглядом и пошел-таки в кухню. Надо было бы пацанов пригласить. Те так и продолжали топтаться на лестничной клетке, но Глеб не решился. И без того слишком многолюдно стало в его доме. Наташе это могло не понравиться.

Карина стояла, подпирая задницей барную стойку, и крутила в руках бутылку виски.

— Нальешь?

— Как только тебе стукнет двадцать один.

— Эй! У нас восемнадцать!

— А ты в Америке будешь жить, забыла? И вообще, давай ближе к делу.

Но девушка переходить к сути своего визита не торопилась. Вызывающе вскинув взгляд, она спросила:

— Что это за девка с тобой?

Глава 11

-Тебя это не касается.

-Ты ее трахаешь?

— Пошла вон, - прорычал Громов, взмахом руки указывая девчонке дорогу.

— Эй-эй, полегче! Тебе нужна информация. У меня она есть.

Громов стиснул зубы, но руку с пальцем, указывающим направление посыла, не опустил. К черту ее информацию. Он и сам со дня на день обо всем узнает. Да, времени ушло много, но они столько барыг проверили! У Джамирева не было постоянного дилера. Точнее он был, да только если Рафика припекало

— отоваривался он у первого попавшегося под руку торговца дурью. Они провели едва ли не их всех.

— Вали... - повторил он.

Карина сникла.

— Ну, ладно, извини. Я просто не пойму, чем она лучше меня?

— Ты зарываешься, - голос Громова упал еще на тон, и это было предвестником бури. Девчонка прониклась. Опустила взгляд.

— Ладно... Я поняла.

— Или выкладывай, или выметайся. Я не шучу.

— Да поняла! Поняла! Говорю же!

Громов выхватил из рук гостьи бутылку, взял стакан и плеснул себе на два пальца. Пошарил в морозилке, достал лед. Добавил три кубика.

— Я слушаю, - напомнил, делая первый глоток.

— В общем, ходит слушок, что это Лика дурь доставала. Девка его. У него много девок было, но эта вроде как постоянная. Тот барыга, у которого Лика отоварилась - он на дно лег. Но ходит упорный слух, что его товар был нормальным. Качественным. Там Лика что-то нахимичила.

-А смысл?

— Бабская ревность, знаешь ли! Восточная кровь! Чего только не сделаешь, - ухмыльнулась Карина, с намеком глядя на Глеба.

— Ты мне эти штучки брось, - нахмурился тот. - Даже думать забудь. Сделаешь Наташе какую-нибудь гадость - я из тебя все дерьмо выбью, то, что давно пора было сделать.

-А когда разговор перекинулся на нас с тобой, а, Глебушка? Я о Джамиревской сучке толкую.

Карина облизала губы и прошлась пальцами по груди.

— Да твою ж мать! Может, хватит? - поморщился Глеб, отворачиваясь. Если бы эта девчонка была его дочерью - битая бы она была уже давно. А так... пусть Амир сам с ней разбирается. Слава Богу, Громову ее терпеть осталось недолго. Месяц - и все. Свобода.