Книга За тобой, страница 26 – Юлия Резник

— Спасибо.

— Но ты как будто была им не рада?

— Когда они собираются вместе, поднимается невообразимый галдёж. Я думала, вы ушли вместе.

— Так и было. Но я потом вернулся. Мы с Мотей столкнулись в коридоре.

— Это она тебя впустила?

— Только не ругай её за это, лады? Я могу быть убедительным.

— Да что ты? Никогда бы не подумала, — иронично улыбнулась Бэлла, чувствуя как внутри тает сковавший её было холод. Гройсман снова усмехнулся. В уголках глаз и губ образовались морщинки, делающие его очень привлекательным. А ведь казалось бы — кому идут морщины? Давиду…

На фоне загорелого лица его абсолютно седые, модно постриженные волосы смотрелись необычайно контрастно. Как и чёрные-чёрные брови, которые, Бэлла готова была поспорить, он не красил. Гройсман явно был не из тех мужчин, кто стал бы прибегать к подобным ухищрениям.

— Я просто заметил, что ты так и не расслабилась. Может… — он неопределённо повел рукой, — …выпьем? Отметим без суеты? По-соседски?

Бэлла уставилась на бутылку шампанского, которую он вертел в руках, ожидая её ответа. Нет. Зачем? Это… так интимно. Как будто у неё самое настоящее свидание. У них… Как будто она нормальная.

— Можно…

Слова вырвались помимо воли. Бэлла даже не сразу поняла, что сказала, и была ужасно растеряна собственной выходкой. Нет, конечно, при желании она могла быть настоящей душкой. Сколько раз ей приходилось играть эту роль, договариваясь, торгуясь с мужчинами. И тайком высматривая их слабости, чтобы знать, стоит ли иметь с ними дело и как перестраховаться, чтобы обезопасить девчонок… Но представить себя в образе роковой соблазнительницы или, тем паче, владелицы агентства эскорт-услуг рядом с Давидом было просто немыслимо.

— Я не обижу тебя, Бэлла.

«Может быть, — мелькнула мысль. — Но ты можешь причинить мне боль совершенно иного порядка»… Почему? Откуда она это взяла? И как потом не испугалась, не убежала?.. Подошла, смело распрямив плечи, забрала бокал из его рук и пригубила, глядя на него не мигая. Так Бэлла надеялась развеять его ошибочное о ней представление. Вроде как: «Эй, ты чего! Смотри, какая я дерзкая!» И было в этом столько же лжи, сколько и правды. Да, она до сих пор была уязвимой в некоторые моменты. И абсолютно непоколебимой — в другие. Ему не стоило этого недооценивать.

— Конечно, нет. Я не просто не предоставлю тебе такой возможности, — шутя, Бэлла ткнула Давида в бок. И, наверное, хорошо, что тот был весь из себя такой умный, что понял смысл, заложенный между строк. Это оставляло Бэлле право думать, будто всё под контролем. Хотя это ну просто чушь собачья! У нее живот сводило. От страха ли или от чего-то другого с тех пор, как он подошел, чтобы вручить бокал. И за грудиной ныло.

— Так, значит, сорок?

— Угу, — пузырьки ударили в нос, Бэлла поморщилась. — А что? Я кажусь старше?

— Нет. Что ты. Если не заглядывать в глаза…

Учитывая, что они стояли, глядя друг на друга, как намагниченные, ей бы стоило насторожиться. И, поддерживая выбранный тон беседы, спросить, что с её глазами не так. А вместо этого Бэлла вновь сосредоточилась на сыне. Нажала на несколько кнопок в новенькой игрушке, показывая Родьке, как надо сделать, чтобы хрюшка захрюкала. Тот старательно повторил и улыбнулся во весь свой щербатый рот.