Книга Не по сценарию, страница 64 – Юлия Резник

— Ты шутишь? – хрипит она, откашлявшись.

— Нет.

— А… от кого?

Веду бровью, мол, ты серьезно?

— Ну, вы же с Владом давно не…

— С чего ты взяла? – впиваюсь в ее лицо взглядом. Да, наверное, я не лучший человек на планете, но сейчас мне хочется утащить ее за собой в пучину закручивающей меня боли.

— Ты не говорила…

— Слушай, ну это довольно интимный момент. Тем более было непонятно, что из этого выйдет.

— А теперь понятно?

— И теперь – нет.

— Так и… что ты думаешь делать?

— Не имею ни малейшего представления.

— У тебя только-только сдвинулась с места карьера, – ищет мой взгляд Чуранова.

— Да, – спокойно гляжу в ее горящие фанатичным огнем глаза.

— Беременность может отбросить тебя назад.

— Полагаешь, будет лучше избавиться от ребенка? – сглатываю, молясь, чтобы она ничего такого мне не сказала. – Уже десятая неделя. Времени на раздумья немного.

— Нет! Ну, то есть… Это тебе решать. Я озвучила все плюсы и минусы.

Врет. Ни о каких плюсах речи не шло. Шурка все обставила так, чтобы остаться чистенькой в собственных же глазах, ничего мне вроде и не посоветовав прямо, но в то же время подведя меня к выгодному ей решению. И зафиналя все нетерпеливо-требовательным:

— Так что?

Внутри разгорается пламя боли.

— Что «что»?

— Что ты решила?

— За минувшие полсекунды? Ничего нового. Я не знаю.

— Он же с той бабой был. И вообще…

Киваю, неверяще глядя в ее глаза.

— Ну да. Не факт, что мне нужен рядом такой мужчина.

— А я о чем? – кивает Шурка, все так же смотря куда угодно, но не на меня.

Нож в груди не проворачивается, нет. Он врезается в плоть с новой силой. Раз за разом, еще, и еще. Слово за слово. И я понятия не имею, почему так больно. Может, потому что от Худякова я ничего хорошего не ждала, тогда как Чуранова… Она, наверное, оставалась единственной опорой в моей пошатнувшейся жизни.

Как видно, все меняется, и все проходит. Вот только до этого нужно дожить. До того, чтобы прошло. Отпустило… Пока же моя агония длится, и длится, и нет ей конца и края.

— Я еще рассматриваю вариант родить для себя.

— Серьезно? В двадцать один год?

— К моменту родов мне будет двадцать два.

— Это, конечно же, все меняет, – закатывает глаза Чуранова, смывая отраву слов с языка торопливым глотком вина. – Ты сказала Юлии Кирилловне?

— Нет. И не скажу, пока не решу, что с этим делать. Ладно. Что мы все обо мне? Ты тоже хотела чем-то похвастаться.

Своими отношениями с моим мужиком, да… И понимая это, я теперь отчаянно жду, что же Шурка скажет, узнав о моем положении. Неужели ей хватит наглости рассказать о том, что они теперь с Худяковым?

— А-а-а, да нет. Пустяки. На фоне твоих новостей.

Меня почему-то страшно радует ее ответ. Я даже убеждаю себя, что она как раз таки все Владу и выложит. В смысле, когда будет с ним рвать. В сложившейся ситуации это идеальный расклад. Я сделаю вид, что не знаю об их мимолетной связи, и тем самым спасу нашу дружбу. В конце концов, я тоже немного виновата в том, что произошло. Если бы не держала в себе то, как страдаю без Влада, если бы не дала ей зеленый свет… Ничего бы, наверное, и не было? Ну не могу я представить Шурку подлой разлучницей, которая специально бы влезла в мою семью. Даже если мы еще ею не были.

Но мои надежды так и остаются надеждами. Чуранова ничего не говорит о Владе. Потому что от него нет никаких новостей. А я вздрагиваю каждый раз, когда чертов телефон звонит.