Книга Понедельники, страница 38 – Юлия Резник

Данька уже бродил по проходу с шариком в одной руке и леденцом в другой. Таня невольно улыбнулась:

— Паш, у него же зубы испортятся от конфет. Я стараюсь их не давать.

— Ты что? Когда же дитю конфеты есть, если не в детстве? Ну, как куртка? — уточнил, подтягивая посильнее завязки на капюшоне.

— Хорошо… Спасибо.

Павел отмахнулся от благодарностей девушки и поинтересовался:

— Ну что, пойдем… Или чаю выпьем? — кивок в сторону по-новогоднему убранных кафешек.

— Да нет… Пойдем гулять. Потом погреемся, зайдем.

Они вышли на улицу и побрели вдоль аллеи с красиво подсвеченными ледяными скульптурами. Голые деревья были празднично украшены электрическими гирляндами, из динамиков доносились всем известные рождественские хиты. В центре площади была установлена огромная сверкающая елка. Чуть дальше расположилось несколько ледяных горок, пользующихся большим спросом среди отдыхающей публики.

— Пойдем, испытаем ледянку? — ухмыльнулся Павел.

— Угу. Занимай очередь.

— Пойду, чая куплю. Ты что будешь? — поинтересовался мужчина, указывая на палатку со всяческой снедью.

— Мне тоже чай.

Стоя в очереди, они успели выпить по стаканчику чая, сфотографироваться и немного поболтать. А потом Таня просто вернулась в детство, и непонятно, кто был в большем восторге от спуска с горки. Она или маленький сынишка. Даже Павел несколько раз прокатился, деловито пояснив, что он, между прочим, не дурака валяет, а испытывает аэродинамические свойства купленной ледянки. Таня только рассмеялась в ответ на такое нелепое заявление. И он опять залип. Она была действительно красивой. И умной, и веселой, и любящей… Даньке очень повезло с мамой. А потом что-то случилось. Он не понял, что именно, но в один момент ее улыбка испарилась. А вместо нее на лице застыл какой-то неестественный оскал. Мужчина осмотрелся, выискивая возможную причину такой неожиданной реакции.

— Павел, пойдем отсюда. Я что-то продрогла. Да и Данька уже давно на морозе.

Ну вот, опять это «Павел». А он уже привык к ее менее официальному «Паша».

— Таня! — раздается у них за спинами. Мужчина невольно замедляется, но Таня и не думала останавливаться, делая вид, что ничего не слышит. — Таня!

Молодая женщина останавливается на мгновение. Зажмуривает глаза, будто бы собираясь с силами, и шепчет:

— Присмотри за Даней, хорошо?

Павел настороженно кивает, внимательно наблюдая за ней, и берет ребенка на руки. А Таня поворачивается на голос. Голос предателя… Когда-то любимый и родной.

— Влад? — приподнимает брови в легком удивлении.

— Привет!

Привет? Привет?! Это все, что ты можешь сказать? В душе женщины стало подниматься нечто муторное и темное. Ненависть?

— Ты что-то хотел? — как можно более ровно поинтересовалась Таня.

— Как у тебя дела? — поинтересовался мужчина, неловко переступая с ноги на ногу.

А Таня смотрела, и понять не могла… Вот, вроде, он совсем не изменился. Стильные брюки, модное кашемировое пальто, кожаные начищенные ботинки и аккуратная укладка на голове… Но все же совсем другой. И вопросы задает та кие… глупые.

— У меня все хорошо, Владик. Лучше не бывает.

— Этот мальчик… Это…

— Это мой сын. Он несколько продрог на морозе, и мы спешим домой. Так ты что-то хотел?

— А кто это с ним?

Нет… Он серьезно вообще?!

— Тебя это не касается, Владик, — делано равнодушно ответила Таня. А потом резко перевела взгляд за спину мужчины и добавила, — Я пойду. Не стоит тебе со мною общаться. Вдруг у невесты возникнут претензии. Вон, как нахмурилась, стоит. — Влад резко обернулся, потом зыркнул на Таню, как кот нашкодивший.