Книга Что-то между нами, страница 31 – Юлия Резник

— Том, я, блядь, тебя об одном просил. Делать это по уму. Чтобы я не знал. Это что, так трудно – не таскать своих ебарей в дом?

— Тебя только это волнует?! То, что я привела сюда любовника? Сам факт его наличия тебя вообще не парит?

— Да нет. С чего?

— С чего?! – до этого более-менее спокойный голос женщины срывается. – Тебе совсем на меня похрен, да? Господи, Воинов…

Замираю под дверью, закусив губу. Сердце колотится от прилива адреналина. Не хотелось бы, чтобы меня застукали.

— Том, я устал, как скотина. Ближе к делу. У тебя ко мне какие претензии?

— Какие претензии, – повторяет Тамара. – Ты же сам не святой, Роберт!

— Так я этого не отрицаю. Тебя вроде все устраивало. Что-то поменялось?

— Меня не устраивает твое равнодушие, Роб. Оно меня просто с ума сводит.

— Давно? Утром вроде все было в порядке. Помнится, ты выбирала отель на Мальдивах, куда поедешь с подружками.

— Опять сводишь все к деньгам? Да не нужны они мне! Достало. Я жизни нормальной хочу. Семьи нормальной. А не мужика, которому на все, кроме денег, плевать.

— Все, что я делал и делаю – для семьи.

О-йо-йо. Голос Воинова леденеет.

— Вот не надо, а? Кого ты лечишь? Телок своих трахаешь ты тоже для нашего благополучия?

— Каких телок? Последняя телка, которую я трахал была ты. Кажется, полтора месяца назад это было. А с тех пор я только с работой ебусь, Тамара. Чтобы ты на Мальдивы ездила, да с мальчиками развлекалась.

— Я сейчас заплачу. А девка в гостевой – это так, да?

Голос женщины приближается. Я отшатываюсь и на цыпочках бегу к себе. Боже, она же не придет сюда, правда? Не вытащит меня за волосы? Меньше всего мне хочется становиться участницей чужих семейных разборок. Я вообще боюсь, когда люди начинают говорить на повышенных.

Юркаю в кровать. Отворачиваюсь. Нет меня! Я сплю. Разбирайтесь сами.

— Не смей ее тревожить!

— Не смей мне указывать! Если ты моего любовника выгнал, пусть и твоя подстилка выметается!

За дверью слышится какая-то возня.

— Дура! Девочка в спальне – потерпевшая по делу Миланы. У нее из-за нашей дочери черепно-мозговая и кровоизлияние в мозг, от которого она два месяца не может вычухаться. Мне сегодня позвонил ее врач и попросил помочь, потому что девочке идти некуда. Она и жилья, и работы за это время лишилась.

— Ну да, так я и поверила, – фыркает женушка, но вперед вроде больше не рвется. По крайней мере, звуки борьбы стихают.

— Знаешь что? Мне насрать. Веришь – не веришь. Я вообще мог не оправдываться, и был бы прав.

— О, ну конечно. Кто у нас всегда прав?! Только ты.

— Так, все. Даже слушать не хочу. Уезжай.

— Ну и уеду, понял?! И на развод подам! Забыл, кому принадлежит половина твоих активов?

Даже я понимаю, что это красная линия, но женщину понесло. И она никак не может остановиться.

— Иди, господи. Активы…

Все-таки странный этот олигарх. Со мной возится. Жена ему угрожает, а он смеется. Ну, ведь смеется же! Это ни с чем не спутать.

— Да пошел ты! Надо было уходить с Вадиком.

— Так позвони. Может, еще не поздно.

Голоса снова отдаляются. А потом со всей дури хлопает входная дверь, и резко становится тихо. Они, что ли, оба ушли? На этот раз гораздо смелее выхожу из комнаты. Воинова нет ни в кухне, ни в гостиной. Так и есть. Ушел. Понимаю это с ноткой странного сожаления.