Книга Хорошая девочка, страница 49 – Юлия Резник

Наконец, на пороге появляется Балашов, следом за которым гуськом идут остальные. От облегчения слабеют колени. Приходится сделать несколько попыток, прежде чем мне удается соскрести себя с чертового заборчика и встать на ноги.

— Так, господа родители, ребята свободны. Ситуация улажена, — выступает вперед Таир Мамедович. — Сейчас все по домам. Осмысливать. Разбор полета устроим завтра. Не думайте, что эта ситуация сойдет кому-либо с рук.

Бегу к Давиду, но тот делает мне отмашку, мол, не сейчас, и шагает навстречу к Леське. Что ж. Кушаю и это. Ведь я всего лишь мама, а там первая любовь, гормоны и все такое.

— Лурье! — рявкает Таир. — Мне тебе о режиме напомнить? Леся… Быстро разбежались по домам.

Дава что-то шепчет на прощанье подружке и подбегает ко мне.

— Ты где припарковалась?

— Меня Сергей привез.

— А-а-а, я вам свидание обломал? Простите.

— Ну-ка перестань паясничать! — совершенно неожиданно меня взрывает. Давид удивленно округляет глаза. Я шумно выдыхаю: — Ну, прости! Ты хоть понимаешь, как я с ума сходила?

— Из-за этого? Подумаешь, — бурчит Давид, запрыгивая на заднее сиденье. — Клевая тачка.

— Спасибо, — довольно прохладно отвечает Бекетов. Все это время, пока я пыталась как-то вывести сына на разговор, он молчал. И я ему очень благодарна за это. — Не хочешь рассказать, что произошло?

— Нечего рассказывать. Недоразумение.

— Из-за таких недоразумений можно и присесть.

— Ой, да бросьте. За фингал под глазом?

— Ты набил фингал тому парню?! В смысле, ты полез в драку первым? — это настолько не про моего сына, что я просто не могу в это поверить.

— Так случайно вышло. Кто ж знал, что он такой рукожоп, что пропустит? Удивительно, как его на соревнованиях не убили.

— Ты еще поговори. Ник в своем весе первые места занимает, — сощуривается Балашов.

— Я не пойму… Ты зачем? Он что… эту девочку обидел?

— Какую девочку?

— Ну, твою.

— Если бы он мою девочку обидел, я бы его закопал, мам. А так… Говорю же — недоразумение вышло.

Совсем… Совсем его не узнаю! Что за черт вообще? Бросаю на Бекетова полный недоумения взгляд. Надо заметить, что он тоже выглядит сбитым с толку.

— Рекомендую тебе до завтра сменить пластинку. Любые конфликты мы решаем в команде.

— А если не сменю? — Давид выпячивает вперед подбородок.

— Вылетишь, — не моргнув глазом отвечает Сергей.

— Сереж… — лепечу я.

— Правила — есть правила, Сара. Ни для кого исключений я делать не буду.

Самое паршивое, что Бекетова я вполне могу понять. Мозгом могу, да… А вот сердце никак не хочет. Это конец? Это конец… Я никогда не смогу отделить одно от другого. Если он выгонит Даву из команды, у меня вряд ли получится сделать вид, что между нами все по-прежнему хорошо.

Закусив губу, смотрю прямо перед собой. Такие перепады настроения опасны для жизни! Еще каких-то пару часов назад я на крыльях летала от счастья, а сейчас сжимаю коленями руки, чтобы никто не увидел, как страшно они дрожат.

— Спасибо, что подвезли, — благодарит Сергея Давид. — И за то, что отмазали.

— Да, спасибо, — поддакиваю я, возвращаясь в реальность. — Звони, если что.

В носу колет. Чтобы не разреветься на глазах у Сергея, торопливо выпрыгиваю из машины. Холодный воздух отрезвляет. Сентябрь выдался паршивым. Обложной мелкий дождь, холодрыга, лужи… Я готова размышлять о чем угодно, чтобы не думать о том, что это конец. А ведь как все было красиво. Цветы эти, свечи… Даже страшно представить, во сколько это все Бекетову обошлось. Да и важнее денег другое. То, что он заморочился. То, что для него это оказалось важным настолько.