Книга Сердце напополам, страница 37 – Юлия Резник

— Ты не проголодался? Может, сделать бутерброды?

— Нет. Просто сядь и расскажи, что ты надумала.

Ага. Значит, Дэн, наконец, успокоился и признал, что мои к нему претензии вполне обоснованы. А то ж все в штыки, да в штыки!

— Скажи-ка, условия УДО позволяют тебе трудиться на себя? Учредить фирму или открыть какое-нибудь ИП?

— Да. А ты почему спрашиваешь?

— Очевидно, что дело пойдет быстрей, если ты получишь возможность сосредоточиться на проекте. Мы оба понимаем, что у меня в магазине ты просто теряешь время. К тому же рано или поздно нам все равно придется это как-то оформить. Почему бы не сделать это сейчас?

— Я бы мог, – чешет в макушке Дэн и, не упустив возможности меня упрекнуть, язвительно добавляет: – Если бы ты заняла мне немного денег.

— Занимать тебе я не хочу. Но я бы вложилась.

Отрываюсь от разглядывания ногтей и устремляю немигающий взгляд на Дениса. В его глазах так много сейчас всего плещется: раздражения, восхищения, злости, а еще уважения, наверное. И вместе это составляет настолько хмельной коктейль, что я без вина чувствую себя пьяной.

— Свет, твоих денег едва ли хватит на несколько месяцев.

— Да, может быть, это немного. Но если я их не дам сейчас, дальнейшие инвестиции тебе могут попросту не понадобиться.

Дэн усмехается и качает головой. Вновь поворачивается к окну, сунув руки в карманы домашних брюк и покачиваясь с носков на пятки.

— Кто бы мог подумать, что я у себя на груди пригрею такую змею.

Я бы обиделась на такие жесткие слова, если бы не шутливая интонация, с которой это все было сказано. А так лишь бесшумно подхожу к Дэну со спины и крепко-крепко обнимаю, без слов давая понять, что, как бы там ни было, я на его стороне.

— Жалуешься?

— Пока не решил. Это будет зависеть от того, какую долю ты хочешь.

— Ну, мы же партнеры. Пятьдесят на пятьдесят.

И тут Дэн смеется.

— Закатай губу. Пятьдесят процентов по праву отойдут Бате.

Я это понимаю. В конце концов, Денис не раз говорил, что основное финансирование он надеется получить как раз от него. Но из вредности все равно уточняю:

— С какого перепуга? В отличие от нас с тобой, этот твой Батя еще и пальцем не пошевелил.

— Ты вроде тоже.

— Ну, привет! А то, что ты у меня живешь, ешь с моего стола все это время – разве не вносит вклад в общее дело?

— Так и знал, что когда-нибудь ты меня этим попрекнешь, – заводится Дэн.

— И мысли такой не было. Но заметь, пока твой Батя мотает срок, именно я прикрываю твои тылы и даю деньги.

— Свет, ты еще ничего не дала, – бесцеремонно осаживает меня Денис.

— Но дам! А если ты откроешь фирму, возьму на себя вопросы финансов и бухгалтерии, тем самым, заметь, сняв с тебя большую долю нагрузки.

— Кто ты, женщина? Когда успела продумать такие детали? – Дэн поворачивается ко мне и проходится по лицу тяжелым, немигающим взглядом.

— Да если бы. Тут еще думать и думать. Но пока все указывает на то, что мой план вполне рабочий.

— Три процента от моей доли, – замечает, угрожающе сузив глаза.

— Десять.

— Пять, и закрываем тему.

— Десять. И при этом я фигурирую в документах исключительно как инвестор.

— Ты же собралась вести бухгалтерию.

— Да. Но не подписывать бумажки. Если ты вдруг куда-то влетишь – я в тот же день сольюсь.

— Хорошо, Света. Но только потому, что на старте ты проявила ко мне участие. Если делить по справедливости – твоя доля гораздо ниже.