Книга Верная, страница 58 – Юлия Резник

— И не было никогда.

— О, да ладно. Ты была замужем. К тому же я не ждал, что ты станешь хранить мне верность все эти годы.

— Для того, чтобы хранить тебе верность, мне не нужны ни твои разрешения, ни – тем более – твои ожидания. – Я встаю тоже, наклоняюсь, чтобы подобрать небрежно сброшенный на пол халат. – Я в душ.

— Нет уж. Сначала поясни.

— Что пояснить, Серго?

— Зачем ты это всё делала?

— Значит, без слов не обойтись? Хочешь потешить эго?

— Нет, мать твою! До меня просто не доходит. Объясни мне, как для дебила! Разжуй!

Ну вот. Опять орёт. Что у него за манера такая? И как так получается, что даже это ему идёт? Обычно ведь если мужик кричит, это всегда выглядит как-то жалко. А Горозия и орёт красиво. Не вызывая сомнений в своём мужестве и способности закрыть любой вопрос в тишине.

— У меня нет и не было никакого другого мужчины кроме тебя, потому что никто другой мне не нужен. Сергей просто хороший друг. Нет, лучший друг на свете. Он… выручил меня. Защитил своим именем. – Медлю, прикидывая в уме, правильно ли сформулировала. – Да, так и есть… – киваю.

Горозия подвисает. Я затягиваю поясок на халате. Серго не сводит с меня глаз. А следом выдает самый неожиданный, самый сладкий комплимент из всех, что можно было только услышать:

— Он что – слепой?

— Нет. Он просто не по женщинам, – закусываю изнутри щёку, ведь удержать наползающую на лицо идиотскую улыбку нет сил. Внутри всё мелко-мелко дрожит. Неужели он и правда отметил, что я красива? Желанна? Восторг захлёстывает и валит с ног. Может, для кого-то это кажется сущим пустяком, а я не могу избавиться от чувства, что этими своими словами Горозия бросил к моим ногам весь мир. Весь чёртов мир.

Так и стоим. Я на грани истерики. Он препарируя меня своим взглядом. От него слов не жду. Понимаю, что Серго из тех мужиков, за которых говорят поступки. Для того, чтобы почувствовать себя абсолютно счастливой, мне достаточно его болезненно недоверчивого взгляда. Что, хороший мой, не ожидал? Поди, теперь страшно?

Отворачиваюсь, и только тогда позволяю себе улыбнуться. Я почти в раю, да… Как бы ни было дальше, сколько бы трудностей нам не пришлось пережить, я знаю, что всё не зря. И что всё у нас… у меня получится. Потому что теперь он смотрит на меня так, как на чужую или случайную женщину не смотрят. Можете считать меня дурой.

От счастья перед глазами кружится. Я как пьяная добредаю до ванной, включаю тропический душ и захожу под него, не боясь намочить волосы, пусть те потом придётся долго-долго сушить. Мне плевать. Касаюсь гудящим лбом прохладной плитки, опираюсь ладонями по обе стороны от головы для большего сцепления с реальностью. Струи горячей воды бьют в затылок, спину, стекают по позвоночнику, между ягодиц, ласкают… Тянет сквозняком. Я знаю, не могу не знать, что за этим последует, поэтому когда огромные руки Серго ложатся на мою грудь, а сам он становится за спиной, не пугаюсь. А напротив послушно откидываюсь затылком ему на плечо и позволяю всё, что бы он ни задумал. Теперь уж горячий водопад обрушивается на Горозию, хрустальные брызги разлетаются в стороны, оседают на стекле перегородки, чёрном металлическом профиле. Кошкой прогибаю спину, задница утыкается ему в пах, где всё бесстыжим образом готово.