Книга Это любовь, страница 11 – Юлия Резник

— Скинь геометку. И… Савва…

— Да?

— Мне очень жаль. Она, конечно, была той еще… – Мудрый запнулся, видно, вовремя сообразив, что о мертвых не пристало говорить плохо. – Но… Мне жаль. И я слово даю, что не имею к этому никакого отношения.

— Тогда кто? – Савва с опаской оглянулся. Тело матери как раз накрывали простыней. – У тебя есть идеи, кому это могло понадобиться?

— Вполне возможно, тем, кто стрелял и в нас с Альбиной.

— В новостях не говорили, что она была с тобой.

— Я бы не выжил, если бы ее не было рядом. Она затыкала мне пулевое пальцем до самого прибытия реанимационной бригады.

— Тебе повезло с женой.

— Это правда, – хмыкнул Аркаша. – Ладно, сантименты оставим на потом. Сейчас мне надо отдать пару распоряжений. Может, там вообще все чисто.

— Может.

Но Савва, если честно, в это не очень верил.

Потом были менты, дача свидетельских и отправка машины на экспертизу. Если бы не помощь Мудрого, Савве пришлось бы несладко. Он в родной стране годами не бывал. Откуда ему было знать, как здесь организовать похороны? Он вообще не планировал никого хоронить. В ближайшие полвека так точно.

Пока занимался делами, как-то держался. А когда получил последнюю справку, накатило страшно. Вспомнил какой-то Новый год, который они справляли еще все вместе – с отцом и Аркашей. На маме было блестящее зеленое платье с рукавами-фонариками и ужасный начес на голове по моде того времени. Она веселилась и танцевала, схватив маленького Савву за руки.

Был ли шанс, что к ее смерти все же причастен Мудрый? Наверное, все-таки нет. Он прав. Ему сейчас это совершенно не нужно, учитывая, что они пришли к компромиссу. А вот их противники могли об этом не знать… И вот в этой ситуации Мудрый становился первым подозреваемым. О том, что Татьяна была против слияния, не знал разве что ленивый. Да и об их так себе отношениях многие тоже были наслышаны.

Будто почувствовав, что он о нем думает, Савве позвонил Мудрый.

— Закончил с делами?

— Да…

— Приезжай. У нас осадное положение, но тебя пропустят. Сейчас, чую, начнется какая-то дичь. Надо хорошенько все обмозговать и выработать общую линию поведения.

Савва устал как пес. У него в груди будто что-то тлело, причиняя невыносимую боль, но… Он не мог, да. Не мог отказать и послать все к черту, как бы ему не было отвратно. Потому что старый хрен прав – им нужно определиться, что говорить и делать. Ну, и просто… ему очень хотелось посмотреть Аркаше в глаза.

— Дай мне час.

«Сворачивайся. И домой. Миша за дверью».

Холодок пробежал между лопаток и стек в трусы. Альбину передернуло. С большим трудом дослушав очередного докладчика, она кивнула:

— Я вас поняла. Остальное обсудим позже. Всем хорошего вечера.

Встала первой, подхватила ноутбук с блокнотом и, контролируя каждый шаг, чтобы не показать паники, вышла из совещательной.

Начальник службы безопасности мужа – Миша – и правда, поджидал ее у дверей. У Альбины потемнело в глазах. Она беспомощно покачнулась.

— С Аркашей все хорошо? – прохрипела, с трудом овладевая голосом.

— Конечно.

Кровь в венах кристаллизовалась, царапая изнутри острыми гранями. Сердце покрылось льдом:

— Дети? – выдохнула, удивляясь, почему вместе с этим коротким, но таким емким вопросом изо рта не вырвалось облачко пара.