Книга Это любовь, страница 20 – Юлия Резник

— Надеюсь, ему действительно хватит ума понять, что мы действовали в его же интересах.

— А если нет, я ему помогу.

Альбина дернула плечом, позволяя тонкой бретельке соскользнуть к локтю.

— Как думаешь, кто это мог сделать? – спросила, опуская ладонь мужа на грудь.

— Ты чего такая взбудораженная? – удивился тот, прихватывая сосок. – Мне уже начинать ревновать?

Взгляд Альбины застыл. Она отшатнулась, опираясь на локоть.

— Ты сейчас на что намекаешь, Абрамов? Что я с голодухи мальчиком впечатлилась? – спросила резко, заставляя Мудрого вспомнить, что рядом с ним не кошка облезлая, а самая настоящая львица. Так ведь он и не забывал.

— Нет, – поджал губы Аркадий.

— А по-моему, именно это ты и сказал. Едва ли не прямым текстом.

— Да ладно тебе. Уже и пошутить нельзя, – пробубнил Мудрый.

— Пошутить можно, – сдулась Альбина. – Но не так, хорошо?

— Хорошо. Иди ко мне. Что ты там спрашивала? Кто? Выясняем.

— Савва, как я понимаю, вне твоих подозрений?

— Абсолютно. Такое мероприятие требует подготовки, а он только вернулся. Да и мотива у него нет. Мы даже толком не знаем, что там с наследством.

— Ну, это мы не знаем. А он, возможно, вполне себе.

— Алька, ну ты же сама не веришь, что он мог заказать мать! – сверкнул глазами Аркаша.

— Ты прав. Но и других вариантов я не вижу. Либо мы, либо он. А поскольку мы не при делах… – Альбина вскинула голову.

— Абсолютно, – заверил жену Аркаша.

— То остается Савва.

— Или кто угодно другой, если на него переписали наследство. Савва сказал, что эта дура собралась замуж за какого-то молокососа, гордо именующего себя инвестором.

— А когда мы узнаем подробности?

— Возможно, уже завтра.

— А если все же окажется, что ее акции отойдут Савве? Вы с ним обсудили, что будет?

— Конечно. Только этим и занимались.

— И?! Ну что я из тебя каждое слово клещами вытаскиваю! – возмутилась Альбина.

— Думаю, мальчик понял, что этот кусок ему не по зубам.

— Понял, а потом обвинил тебя в убийстве?! – разнервничалась Аля. – Насколько мы можем ему в этом случае доверять?

— Ты же сама сказала, что это просто эмоции.

— И что? Я была права?

— Завтра утром узнаем. Одно точно – мальчику сейчас нелегко. Учитывая, что Савве довелось пережить, желание найти крайних вполне логично.

— Лишь бы это не зашло слишком далеко.

— Например? – Мудрый задумчиво провел пальцами по предплечью жены.

— Например, мне бы очень не хотелось, чтобы он поделился своими опасениями с ментами.

— Это ничего не даст. У меня везде свои люди, ты же знаешь. Другое дело, что начни мы междоусобицу, на запах крови слетятся все стервятники в округе.

— Значит, ее нужно не допустить!

— Да-а-а, – Мудрый потер сосок жены через шелк рубашки. Она привстала, давая ему возможность вобрать тот в рот.

— Надо убедить его, что никакие мы не враги, – простонала, заводясь.

— Ну, ты еще ему чуток поулыбайся, и он поверит, – рыкнул Мудрый, потираясь лицом о пышную грудь жены.

— А мы?

— М-м-м? – отвлекся от своего занятия Аркадий.

— Ты уверен, что мы сможем ему доверять? Вот чтобы безоговорочно, без припрятанной в кармане фиги?

— Это необязательно, – свел брови Мудрый.

— Еще как обязательно! – возмутилась Альбина. – Иначе мы ни на секунду не сможем расслабиться. Что это будет за жизнь, скажи? Да ты и сам все понимаешь, иначе не сидел бы с такой постной миной, – вздохнула, касаясь губами раны на его многострадальном лбу.