Книга Сильная и независимая, страница 53 – Юлия Резник

— А-а-а… Слушай, можешь приехать?

— Куда я денусь?

— Купи вина нормального, что-нибудь поесть. Денег я тебе сейчас скину.

Еще одна прелесть ни к чему не обязывающих отношений — уверенность в том, что мои просьбы не будут проигнорированы.

Пока Дани нет, откисаю в ванне. Беспокойные мысли неповоротливо крутятся в голове. На сердце неподъемная вселенская тяжесть. Нехороший день. Черный…

— Рассказывай, — командует Даня, возникая на пороге ванной с двумя бокалами.

— Не хочу, — качаю головой.

— А массаж хочешь?

— Это да.

Отклоняюсь, позволяя парню массировать шею. Отпиваю понемногу вино. Даня довольно профессионально разминает мышцы, спускается к позвоночнику. Соскальзывает ладонями к груди, осторожно сжимая.

— Хочешь, вытрахаю из тебя всю дурь? — жаркий шепот в ухо заставляет ежиться и зажиматься. Когда он успел стащить футболку? Прислушавшись к себе, киваю:

— Хочу. Но не здесь.

— Почему?

— Потому. Это молодым все равно, где и как, а у меня и поясница может заклинить, — отмахиваюсь, вставая в ванне и тесня Данила с прохода.

— Я вправлю, — нахально хмыкает он, потираясь об меня стояком.

— Давай лучше не будем испытывать судьбу.

— Фу, какая ты предсказуемая…

— Просто я знаю, чего хочу. И понимаю, как это получить путем наименьших энергозатрат.

— Моя ты энергосберегающая, — ржет Данил, подхватывая меня на руки. Смеюсь, утыкаясь носом в его шею. Парфюм Даньки такой же дерзкий, как и он сам. Что-то свежее, и пусть на удивление сложное, выдающее в нем неожиданную глубину, я все же предпочитаю другие ноты.

— Давление померить не надо?

Хохоча, швыряю в засранца подушкой. Смех сквозь слезы, наверное, довольно нездоровая фигня, но мне становится легче.

— Лучше мне уже как следует вставь, — сиплю я.

— Давай тогда на колени, Юль… Как там твои суставы? Говорят, погода меняется, вдруг что не так — дай знать…

Похрюкивая от смеха, утыкаюсь лицом в подушку, высоко приподнимая бедра. За спиной шуршит фольга презерватива. Сочащегося входа касается стянутая латексом головка, и тут же меня сотрясает толчок. О, да… Даня очень правильно понимает, как мне сейчас хочется. Вот… Именно так, да. Несдержанно, бешено, чтобы ни одной мысли в голове не осталось. Дрожу. Парень рвет ритм, а я в отместку безжалостно впиваюсь ногтями в сочную ягодицу. Еще! Сильнее… Помогая Данилу, опускаю между ног руку и сама довожу себя, кусая подушку, чтобы заглушить рвущийся из груди рык.

— М-м-м… В дверь звонят.

— Лежи, — шлепает меня по заднице. — Это ужин.

Качаясь на волнах вымученного оргазма, лениво вслушиваюсь в заполняющие квартиру звуки. Так, стоп… Холодеет в груди. Я скатываюсь с кровати, натягиваю джинсы и футболку. И пулей несусь в коридор.

— Привет. Вы как тут очутились в такое время? Папа знает, где вы? — вожу взглядом от Сергея к Лешке и обратно. Они не похожи, я говорила, но сейчас у них совершенно одинаковое выражение лица… Ох, черт. Даня! Ну, ты пойди хоть оденься, что ж ты в трусах стоишь?! Делаю страшные глаза, и до него, наконец, доходит, что неплохо бы ему свалить.

— А это кто? — набычивается Лешка.

— Это… Один знакомый.

— Ага. Знакомый, — издевательски повторяет Сергей. — Может, и нас познакомишь?

— Нет, я…

— Пойдем, Леха. Че, не видишь, ей мы тоже мешаем…

— Ну-ка стойте! Я вам сейчас пойду!