Книга Святоша, страница 21 – Юлия Резник

— Ну уж нет. Жалость к себе – это такое топкое болото… Увязнешь и не выберешься, а мне нельзя увязать. У меня Дашка.

— Красивое имя.

— Простое, – возразила Ида. – Это Илья придумал. Я спорила. Казалось, Дарья Ильинична – что может быть хуже?

— Апостол Павел? – набросил я.

Ида хихикнула. Звонко, открыто. И будто вдруг сама того испугавшись, захлопнула рот ладонью. Но было уже поздно – ее смех подхватила Даша, а следом за ней и я.

— Твои родители – большие оригиналы. Ты часто думаешь о том, каким был бы твой брат, если бы у него была другая мать? – вдруг спросила Ида.

— Нет, чаще я думаю о том, каким стал бы я сам, если бы она не бросила меня с отцом.

Каким-то уж слишком интимным у нас выходил разговор. И судя по тому, что наши взгляды в который раз смущенно отскочили в стороны, никто из нас не был к нему готов. Ида склонилась над вырубившейся за одну секунду дочкой, а я сосредоточился на дороге – ехать нам осталось недолго. Минут через пять заглушил мотор. Помог Иде выбраться. Она забрала малую, а я отстегнул кресло.

— Пойдем, провожу вас.

Думаю, если бы у Иды было хотя бы три руки, она бы не согласилась. А так… Посмотрела сначала на дочь, потом на дверь и зажатое у меня в руке кресло и нехотя кивнула.

— Раз уж ты здесь, заодно передашь кое-что Свете.

— Свете? – удивился я.

— Вы же вроде встречаетесь. Нет? – нахмурилась Ида, проворачивая в замке ключ.

— Эм… В некоторой степени.

— Ясно. Сейчас только положу ее…

Щелкнул выключатель, заливая прихожую мягким светом. Ида стащила сапожки, сняла комбинезон сначала с дочки, чтобы та не упарилась, а потом только сбросила свое пальто. Я же, чувствуя себя не в своей тарелке, переминался с ноги на ногу у входа.

Дашка лютовала, сдирая с матери кофту. Кое-кто явно проголодался.

— Сейчас. Только отдам дяде Паше одну очень важную штучку, ладно? – пыталась с ней договориться Ида, но где там... В писке мелкой послышалась явная угроза. – Ну, ладно-ладно, сейчас. Это же надо быть такой жадиной! – доносилось до меня из спальни. – Паш, подождешь немного? Можешь сварить себе кофе! – крикнула Ида.

Я разулся. Повесил куртку в гардероб и прошел в зону кухни, которая здесь была на европейский манер совмещена с гостиной.

— А тебе что приготовить?

— Да ничего. Я потом сама заварю чай.

Я не стал слушать. Когда это будет? Судя по тем звукам, с которыми Дашка напала на мать, отпочкуется она от нее нескоро. Я замер с поднесенным к крану чайником, очень ярко визуализируя сцену ее кормежки.

Тряхнул головой. Картинка получалось такой… Нет, вот о чем так точно не стоило думать!

Бахнув чайник на платформу, я достал чашку, вместо привычного уже чая в пакетиках нашел настоящий Пуэр. Пришлось еще поискать заварник… Черт его знает, сколько я возился, пока накрывал на стол. Но как только закончил, Ида вышла из спальни.

— Вот, – протянула мне зеленую коробку. – Скажешь, что документы я, наверное, выкинула. Так что пусть забирает за двести.

Я не был большим ценителем люкса, но характерную упаковку Van Cleef без особого труда узнал даже я.

— Это что? – сощурился.

— Это подарок мужа.

— Зачем ты его отдаешь Свете?

— Я его продаю. Это большая разница. А зачем… – Света пожала плечами. – Ты же видел баланс моей карты. Я пытаюсь подзаработать, не думай, но с Дашкой это практически нереально. Может, потом, если найду нормальную няню, а пока нам надо как-то продержаться.