Книга Его десятый развод, страница 3 – Рин Скай

— Обе дряни! Из какой только мусорки тебя мой муж откопал⁈ — Амалия идет пятнами под тональным кремом. — Я тебе все сказала! — шипит она мне в лицо. — Ты меня поняла!

ВАЛЕНТИНА

Пользуясь тем, что мой муж исчез из виду, я тоже выхожу из банкетного зала. На меня мало кто обращает внимание, в основном все внимание было приковано к Константину Харитонову.

Мне же надо хоть немного побыть в одиночестве. Перевести дух хотя бы в дамской комнате!

— Заткнись, Аля! — раздается приглушенное шипение отца.

Я вздрагиваю. В коридоре ресторана я одна. Быстро смотрю по сторонам.

— Возьми себя в руки, тупая идиотка! — голос отца доносится… из предбанника, примкнутого к лаундж-зоне.

Рядом никого нет, и отец, пытающийся привести в чувство мою маму, думает, что их никто не слышит.

— Я… я не могу, Руслан! — всхлипывает мама, размазывая черные круги потекшей туши. — Руслан, пожалуйста! Она ведь моя дочь! Как ты можешь быть таким жестоким⁈

— Тварь! — шипит отец. — Только попробуй сорвать мне всё!

Он хватает мать за плечи, и… окунает ее лицом в огромный аквариум!

Отец всегда был жестоким, циничным, беспринципным мужчиной, но то, что я наблюдаю сейчас, притаившись за искусственной изгородью, разделяющей коридор и лаундж-зону, не лезет вообще ни в какие ворота!

Это слишком. Даже для него. Мать начинает дергаться. Я боюсь, что он просто ее утопит! И в тот момент, когда я уже готова вмешаться и вступиться за маму, он резко выдергивает ее на воздух. Мать жадно ловит ртом кислород.

— Успокоилась⁈ — рычит отец ей в лицо, вместо того, чтобы извиниться.

Мать быстро кивает. Капли с ее лица, вперемешку с макияжем, капают на белоснежный пол.

Мои руки мелко трясутся. Кажется, я увидела то, что не должна была видеть ни при каких обстоятельствах!

— Запомни, тварь, обратной дороги нет! Ты сама во всем виновата! Теперь пожинаешь плоды своих грехов!

Мать мелко кивает головой.

— Кажется, ты все еще не поняла! — отец снова хватает ее за плечи, чтобы, видимо, повторить погружение.

— Я… я поняла, Руслан… — заикается от страха мать.

— Тогда вот, проглоти! — отец вытаскивает блистер с какими-то таблетками. Выдавливает из него одну и протягивает матери.

— Не надо… я… спокойна…

— Проглоти! — добавляет в голос металла отец.

— Ты меня весь месяц успокоительными пичкаешь, Руслан… — слабо отбивается мать.

— А ты все никак не уймёшься! — отец надавливает пальцами ей на челюсть, и впихивает таблетку.

Дождавшись, пока она ее проглотит, он всучает ей ее сумочку.

— Приведи себя в порядок, накрась лицо, и возвращайся в зал! — следует его беспринципный приказ.

Я еле успеваю отскочить. Отец намеревается выйти из лаундж-зоны. Еще секунда, и он меня увидит!

Мне ничего не остается, кроме как кинуться к ближайшей по коридору двери. Дверь поддается, и я молниеносно скрываюсь за ней.

Перевожу дух и оборачиваюсь.

Снова коридор. Точно такой же. И несколько дверей. Я жду минут пять, чтобы отец наверняка вернулся в зал, и толкаю ту, в которую вошла. Но, оказалось, я ошибаюсь. Опять бесконечные коридоры!

Черт, кажется, я заблудилась. И никого! Ни души! Даже мобильный остался за нашим столом в моей сумочке из белоснежных бусин.

Я начинаю проверять каждую дверь. Пока одна из них не открывает передо мной апартаменты!