Книга Двойной (киндер)сюрприз для босса, страница 54 – Рин Скай

Зарецкий возвращается с термометром.

Аккуратно, чтобы не разбудить ребенка, я вкладываю его ей в подмышку. Слегка зажимаю ручкой. Ждем минуту. Вытаскиваю. Тридцать семь и два. Улыбаюсь Зарецкому.

— Температура не критичная. Ничего ей не давайте. Проснется, напоите чаем, и завтра вызывайте педиатра. Просто предупредите, чтобы доктор с собой халат не брал, раз Эля боится врачей.

Поднимаюсь и тихо выхожу из комнаты. Зарецкий прикрывает дверь детской. Смотрит мне в глаза, гипнотизирует:

— Спасибо, Мария.

— Не могу сказать «обращайтесь», – вредничаю я, – но ребенку по мере возможности, помогу. Хорошего вечера.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, но он хватает меня за руку. Снова что ли приставать будет?

— Может… поужинаете со мной?

— Ну уж нет, у вас заболевший ребенок. Лучше ей время уделите.

Призвав к совести горе-папашу быстро выбегаю из его квартиры. Ну и мужчины… в любой ситуации думают лишь одним местом и в направлении того, куда бы это место пристроить…

Совсем обнаглел бывший босс. Уже в открытую зовет меня «поужинать» в квартире где проживают его жена и ребенок. Знаю я, чем эти его ужины заканчиваются. Да и вообще, не правильно все это, и меня не касается.

* * *

Следующую неделю ничего интересного не происходит. Разве что Зарецкий постоянно попадается мне на глаза. Совпадение? Нет, конечно. Но пока просто смотрит, не трогает, не идет на сближение, и то ладно.

Я почти расслабляюсь. На новом месте у меня все хорошо. Работой не нагружают, иногда даже приходится находить, чем себя занять. Новый начальник в командировке, так что тоже никак не проявляет ко мне внимания. Не то чтобы я теперь ожидаю что каждый большой босс должен непременно влюбиться в меня, просто в первый мой рабочий день поведение Савелия Игоревича Броневого было слегка двусмысленным.

Наступают выходные. Несмотря на начавшуюся календарную зиму, дни стоят сухие и солнечные. Выбираюсь с детками на площадку около дома.

Заранее не посмотрела в окно, а зря. Там уже играют маленькая дочка Зарецкого и его няня.

— Но дети тут же подходят друг к другу, начинается диалог. Их уже не растащить без скандалов. Да и глупо отделять, ведь они – сводные брат и сестры. Виолетта и Эля очень похожи между собой. Обе темненькие, кучерявые, с глазками-бусинками. Дима тоже похож на них. У всех троих одинаковый разрез и цвет глаз. Ну да, там папки гены видать все на себя перетянули, мы с Сабиной выступили лишь в роли инкубаторов для детей Зарецкого.

Дети никогда не видели друг друга прежде, не встречались, но сейчас так хорошо играют втроем, будто бы знакомы давно. Удивительно, как притягивается друг к другу родная кровь.

— Надо же, как потянулись друг к другу, – подмечает няня тоже самое.

— Да. Добрый день, – наконец, соображаю я проявить вежливость. – Я – Маша, соседка с третьего этажа.

— Варвара Алексеевна, – улыбается мне пожилая женщина, – няня Элечки. Мы мало куда выходим, в основном на всякие «развивашки», бассейны, кружки, а сейчас Эля болела, но уже полностью здорова, – тут же поправляется няня, видя мое немного недовольное лицо. Ведь дети так легко заражаются друг от друга.

Стоим, болтаем ни о чем, зорко следим за нашими мирно играющими детками. Дверь в подъезд открывается. Зарецкий в спортивном костюме. Здрасти-приехали… Вот чего выполз?