Книга Сын Буйного, страница 46 – Рин Скай

— Пент-хаус огромный, спален много, – доброжелательно отвечаю подружайке, – оставайтесь у меня. Здесь вы будете в безопасности.

— Двое? – удивляется Кира.

Смотрю на нее с усмешкой.

— Ну хочешь, оставайся одна, твоей подруге такси вызовем.

— Ну уж нет! – моментально бледнеет Кира, одна я с вами не останусь.

— А с подругой? – очень серьезно интересуюсь я.

Я заканчиваю обрабатывать ее коленку, радуясь, что проболтал все время обработки, иначе не знаю, как бы держал себя в рамках приличия и как бы не забросил ее совершенные ножки к себе на плечи.

Встаю, незаметно поправляя джинсы. Мое тело реагирует на Королеву, как тело молодого пацана на картинку из журнала восемнадцать плюс!

— Пойдем, – обращаюсь к Карине, – выберешь вам комнату.

— Ну пойдем, – прищуривается Карина.

Она не флиртует со мной. И никогда не пыталась, к ее чести. Такое впечатление, что здесь она, не потому что хочет прыгнуть в мою постель вместо Королевы, а, чтобы на самом деле поддержать Киру.

А говорят женской дружбы не бывает. Вот – яркий пример. Я же в Карине вижу лишь инструмент для сближения с Кирой. Раз она ее слушает, я должен подружиться с Кариной и внушить той мысль, что не опасен для Киры. Я ведь даже сейчас долгосрочные отношения хочу! Пару дней назад всерьез задумывался об усыновлении ее ребенка. А она, Кира, заноза моя ледяная, все кочевряжится. Все нос от меня воротит.

Кира

— Чего это с ним сегодня? Он всегда такой? – Карина настороженно поглядывает на запертую дверь.

Она выбрала для нас гостевую спальню с двумя отдельными кроватями. Мы приняли душ и переоделись в новые футболки, что нашли на полках шкафа. Футболки длинные, почти как платья, безразмерные, и даже не поймешь, мужские или женские. Карине досталась черная, мне белая. Да и какая разница в чем спать.

Постельное белье тоже все новое, не похоже, чтобы в этой комнате кто-то хоть раз останавливался.

— Нет, что ты… – поеживаюсь я под одеялом. – И одна бы я с ним не осталась ни за что на свете!

— М-да, комментирует подруга, наверно, дело к зиме близится, вот психа и отпускает понемногу, осеннее обострение сходит, и он на человека становится похож.

— Он тебе что-нибудь говорил, когда вы вышли? – интересуюсь я.

— Ничего, прикинь? Просто показал несколько комнат, а когда я выбрала эту, предложил не стесняться, и брать все, что нам надо.

— Чудеса, да и только. – зеваю я.

— Давай, спи, и так сегодня натерпелась выше крыши, – тоже зевает подруга.

Смотрю на телефон, на давнишнее сообщение от няни. Они легли спать в девять. Сейчас два часа ночи, и надеюсь, Арсюша сладко спит под чутким присмотром Нины Григорьевны.

Но несмотря на то, что пережила сегодня, уснуть я не могу. Ворочаюсь туда-сюда, как волчок. Мне мерещится этот страшный мужик с ножом, и хотя Артура я ненавижу всем сердцем, но сейчас я очень благодарна ему, что не дал меня в обиду. Если бы не он, не знаю, осталась бы я жива, и цела сегодня… А у меня Арсюша. Кому он будет нужен в случае чего?!

Боже, больше никаких ночных клубов! Никаких гуляний! Снова я, вместо того, чтобы провести вечер с ребенком нашла себе приключений. Я – ужасная мать. Надо срочно исправляться.

Ворочаюсь. Ужасно хочу пить. Карина давно заснула и тихонечко посапывает время от времени. По-доброму завидую подруге. Я в доме Буйного точно не расслаблюсь настолько, чтобы вот так беззаботно уснуть. Ведь он наверняка бродит где-то рядом.