Книга Целительница его сердца, страница 26 – Рин Скай

— Это сиротское общежитие, сэр Винтер, на него нам субсидии выделяются в последнюю очередь…

— Какая разница, чье это общежитие, мадам Соба! — в голосе куратора чувствовались нотки гнева. — Здесь живут студентки! Будущие матери! А вы держите их в нечеловеческих условиях!!!

— Господин, сэр Винтер, мы все исправим… так, а это что такое?! — заметила меня Соба.

Я в отчаянии дернула дверь в свою комнату, но прятаться там было поздно.

Дарк Омар прожег меня горячим взглядом. Подходя ближе, от его глаз ничего не укрылось: ни то, как моя кожа пошла мурашками от холода, ни то, как посинели пальчики на ногах, и даже стучавшие друг об дружку зубы… а особенно его привлекали мои мокрые пряди, падавшие на плечи и на грудь.

— Айрин Грейс! — со злостью вскрикнула Соба, притопнув ногой. — Почему вы не на занятиях?!

— Я… я… — у меня зуб на зуб не попадал. — я… заболела!

— Не врите! — отрезала Соба.

Куратор молча пожирал меня взглядом. Его широкие сильные ладони сложились в кулаки, а костяшки пальцев побелели. Ой, чего это он?

Я сглотнула, проследив за действиями странного куратора.

— Вы заболели и не нашли ничего лучшего, как искупаться в ледяной воде, Айрин Грейс?! — взвизгнула Соба так, что я вздрогнула.

— Я… не виновата в том, что в общежитии нет горячего в…в…водоснабжения! — выкрикнула я трудное слово.

— Я отчислю вас! Понятно?! — Соба перешла на ультразвук, топая в негодовании теплыми ботиночками на каблуках.

От куратора не укрылись мои пальчики на ногах, посиневшие и поджавшиеся от холода в неудобных деревянных тапках. Кажется, они и стали для него последней каплей.

— Хватит! — поднял он руку в знак того, чтобы истеричка Соба заткнулась.

Одним уверенным движением он снял с себя сюртук и набросил мне на плечи, укутывая целиком.

Сюртук был приятно тяжелым, хорошо пах дорогих мужским парфюмом, а главное… он был горячим, от него исходило тепло самого куратора!

Соба с обалдевшим выражением на лице смотрела на то, как куратор самолично согревает сиротку, и разве что глаза от удивления не протирала.

— Это твоя комната, Эрин? — обратился ко мне мужчина.

— Я Айрин! — пискнула я, кутаясь в сюртук куратора.

Соба глядела меня как на умалишенную. Кажется, по ее мнению, я не должна была перечить самому Дарку Омару Винтеру. Назови он меня хоть Эрин, хоть Дунькой из соседнего подъезда…

— Да, Айрин. — внезапно мягко согласился куратор. — Это ваша комната, мисс Грейс?

Вот так-то лучше. Я кивнула.

— Разрешите войти? — склонил голову мужчина.

Я открыла перед Собой и Винтером дверь. Вроде ничего криминального у меня на кровати не лежало. Ритуальный нож и страшно опасная тыква покоились в кантибэге, разве что один единственный ботинок мог меня выдать, но и он валялся под кроватью.

Соба тут же начала пристально разглядывать нашу с Авой комнату, будто выискивая, к чему придраться. Дарк Омар лишь мрачно разглядывал убогую обстановку: обшарпанный стол, старый шкаф, рукомойник с мерзлой водой, и наши узкие кровати, накрытые старыми выцветшими покрывалами.

— Эти условия не пригодны для проживания студентки Айрин Грейс! — вынес свой вердикт Винтер.

* * *

— Мадам Соба, немедленно распорядитесь, чтобы мисс Грейс выделили комнату в нормальном дормиротории! — ледяным, как воздух в комнате, тоном произнес Дарк Омар.