Книга Амулет на Его счастье, страница 8 – Рин Скай

Дэн жил в пафосной новостройке, возведенной на территории академгородка для высшей ВУЗовской элиты. Апартаменты сдавались там по цене атомохода, но отличались от обыкновенных общажных комнат как космический корабль от самодельного плота из бутылок от кока-колы…

Консьерж… о да, не вахтерша-пенсионерка, а именно консьерж в ливрее и форменных брюках приподнял козырек в честь приветствия и пожелал хороших занятий. Мы дружили с ним чуть ли не с первого дня, ну а что? Иногда приходилось решать за Дэна не только учебные проблемы, но и технические, точнее сантехнические, и в этом деле мастер Бирким был незаменим.

Отперла дверь своим ключом, оглядела царивший во всех трех комнатах хаос, вздохнула и посеменила в спальню — переодеваться. Не в уличном же наводить красоту в этой холостякской берлоге. Прошла около ванной — за дверью журчала вода. Сквозь ее плеск пробивался противный басок Дэна — насвистывал очередной мотивчик. Так, всё ясно. «Дитятко» чистит перышки и вскоре упорхнет на очередную пьянку-гулянку в городе. Святая суббота, что поделать? Что ж, мне лучше. Никто над душой не будет стоять, приставая с расспросами, заданиями и пожеланиями.

Достала из рюкзака джинсовые шорты до колен, майку на бретельках и свое единственное можно сказать богатство: айпод с любыми песнями и беспроводные наушники — убираться под музыку куда веселей. Конечно, у Дэна была замечательная стереосистема, но я предпочитала слушать свою музыку.

Собрала длинные волосы в пучок, закрепила его резинкой и мягкий ободок тоже надела — во время работы пряди частенько выбивались из «прически» и противно лезли в глаза.

Дэн вышел из ванной, свежевыбритый, благоухающий, напомаженная гелем челка зачесана наверх, а бедра обернуты лишь полотенцем. Я тактично опустила глаза и принялась, было собирать тут и там разбросанные по прихожей бутылки.

— Ты, это… — приблизился ко мне двухметровый полуголый детина, — не сердись на меня за позавчерашнее. Я чутка перегнул у Кроина на паре.

«А после вообще чуть не сломал» — про себя хмыкнула я, а вслух вместо этого произнесла:

— Штаны надень для начала, а потом извиняться будешь!

Дэн виновато опустил голову, вздохнул и, развернувшись, побрел в сторону спальни. Прям картину можно писать: само раскаяние в образе юноши. Как-то он мне признался, что его отец, когда хорошенько лупил мать, то после всегда на коленях разве что не ползал, выпрашивая прощение и возвращая расположение. Видимо Дэн усвоил эту модель поведения с пеленок и теперь отрабатывал её на мне. Ох, не завидую я его будущей жене. Мне-то четыре с половиной года «всего» осталось его терпеть, а ей — всю жизнь…

На пороге спальни он вновь обернулся и виновато уставился на меня:

— Я это, белье в стирку поставил. Машинка уже отстирала.

На этот раз обреченно вздохнула я. Сильно расстроился видать, раз бельишко свое сам удосужился в стиралку засунуть. Он-то думает, что мне этим помогает, но на самом деле создает еще больше проблем: ему и в голову не придет сортировать белье по цвету, текстуре и температурному режиму стирки, поэтому, после его «помощи» в последний раз я еще несколько дней держала посеревшие от темных вещей рубашки в магическом отбеливателе.

Ничего не ответив, я поспешила в ванную, вытащила чистое белье в пластиковый таз, с облегчением отметив, что пафосные шмотки на этот раз не полиняли, и понеслась с ним на балкон — развешивать.