Онлайн книга «Амулет на Его счастье»
|
Кое-как доползла до прикрученной огромными болтами чугунной ножки кровати и вцепилась в нее взмокшими от страха, трясущимися ладонями. Ладер не стал бы так стрелять, зная, что на борту находится его жена. Если только… если только он не решил стать вдовцом в ближайшее время. Говорят, во время опасности вся жизнь проносится перед глазами. Вот и мне вспомнились мама с папой, братья и сестры, побои Дэна, его короткие миги доброжелательности, но и конечно же, мужчина всей моей жизни, декан, куратор и по совместительству мой муж, Ладер Кроин. С его именем на устах, с его образом перед зажмуренными от страха глазами я и приняла столкновение корабля с твердой поверхностью, что-то тяжелое навалилось на меня, растворяя все страхи, волнения и боль в приятной тихой темноте беспамятства. Глава 28 Очнулась я от ощущения скованного в непривычном положении тела. Твердокаменные доски тут же впились в задеревеневшую спину и я застонала от неприятного чувства. Босые ноги щекотнуло что-то ворсистое и тут же исчезло. — Чего стенаешь? — проскрипело справа, а следом перед глазами появился крючковатый нос, блеклый серый глаз и торчащий вперед зуб. Боже, где же это я? Почему так темно и только тускло пылает факел вдали за решеткой… За решеткой?! От неожиданности я попыталась подскочить, но тут же цепи, сковавшие мои запястья натянулись, и спружинили меня обратно, больно ударив о доски. — Да что ж ты дёргаешься, горемычная? — вновь проскрипело «чудное видение». — Так и убиться можно! А тут лучше не подыхать — подымут твое умертвие, да кладбища рыхлить пошлют. Боже, какие кладбища, какие умертвия… о чем эта бабушка? — Я смотрю ты и так вся поломанная, побитая. Стражники тебя дубинкой оприходовали? — Нет… — вырывается сиплый голос из горла. — С корабля упала… — С пиратского что-ли? — почему-то опускает голос до глухого шепота «милая старушка» — Да… — ШпиЁнка штоль? — насторожилась бабка. — Нет… похитили меня. А где мы? Почему я закована? — А мне почем знать? — пожала костлявыми плечами местная пенсионерка, — Вот и спрашиваю, потому как интересно! Молодая вроде, шибко на физию симпотишная. Таких, сюда не спускают — господа дознаватели сразу к себе определяют. — К-куда определяют? — А кто куда! — скабрезно усмехнулась сокамерница, — Кто в койку тащит, а кто прямо на столе приходует… Фу, ну и мерзость! — Мы еще в Изорской Империи? — В ней самой, Безумие ее дери, в самой отвратительной ее части — Приграничье. Ее слова о Безумии тут же высветили из глубин памяти Кроина, ведь это его любимое выражение. А еще насторожило Приграничье. Ведь именно сюда стремился муж. И почему кто-то подбил корабль, а теперь я тут, закованная в темнице, хотя по идее меня должны «приходовать»?! В чем же меня обвиняют, что даже дознаватели решили не связываться со мной?! Ноги опять что-то пощекотало. Я скосила глаза и завизжала: — Крыса!!! — Чего визжишь? — Уберите ее от меня, пожалуйста! — Тю! Какие мы нежные! — скрипнула бабушка, а за нею скрипнула и решетка. Стражник с факелом наперевес отворил замок и двинулся ко мне. За его спиной кто-то был — высокий, крепкий в длинном не то пальто, не то плаще. Стражник переместил огонь, озаряя лицо вошедшего, и я вздохнула с облегчением: — Ты… Какое-то недоразумение, немедленно освободи меня, тут… крысы, а еще я ранена… |