Книга Мечты сбываются!, страница 8 – Рин Скай

— Где мой водитель?! – проорал Фрэнкино. Он меньше всего хотел, чтобы супруга, во взвинченном состоянии, сама садилась за руль.

— Я здесь! – откликнулся версилонский паренек, с одутловатым веснушчатым лицом, говоривший по-санглийски с сильным акцентом.

— Гони немедленно за ней! – пристегнувшись, стуча от холода зубами, в успевшей остыть на улице, машине, посол безрезультатно пытался дозвониться до Котенка по мобильному. Она не брала трубку.

На улице окончательно рассвело, но это было хмурое холодное утро, и из затянувших небо туч, точно из сита, сыпалась мелкая крупа то ли дождя, то ли снега. Копейских гор не было видно - там давно уже бушевали осадки. Котенок гнала как ополоумевшая, наплевав на скоростной режим, на сонных Тиропольских улочках. Водитель посла нагнал ее и продолжал преследовать. Фрэнкино было страшно за жену, он чувствовал, что вот-вот произойдет беда. Впереди маячил круг с небольшим фонтаном внутри. Нарушая все правила дорожного движения, черный внедорожник Котенка завернул направо, прибавил скорости, и тут же до ушей посла донесся пронзительный сигнал клаксона, а противный визг тормозов составил ему аккомпанемент.

Посол зажмурил глаза, вцепившись в дверную ручку. Косточки его пальцев сначала побелели, потом посинели. Водитель среагировал мгновенно, ударив по тормозам, и остановился как вкопанный. Все еще боясь открыть глаза, мистер Капелла, на ватных ногах вышел из машины, и тут же реальность взорвалась пронзительным стоном подбежавшей к месту происшествия его жены и воплями проходивших мимо людей.

Фрэнкино собрал всю волю в кулак и приоткрыл один глаз. На сером мокром асфальте, посередине пешеходного перехода, лицом вниз, в быстро растекавшейся луже черной густой крови, с неестественно вывернутыми ногами лежало тело молодой полноватой девушки. Сумка ее валялась в десяти метрах от места происшествия. На дорогу высыпались тетради и учебники, быстро заливавшиеся дождем.

— Этот черный джип, пулей вылетел из-за поворота, – рассказывали очевидцы вновь подошедшим людям.

— Бедняга не виновата, она проходила по зебре, а машина как выскочила, подбросила бедняжку, а потом переехала.

— Умерла, наверно, она.

— Скорую! Вызовите скорую быстрей!

Водитель Фрэнкино опомнился первым. Он бросился к жертве наезда и приподнял ее голову. Лицо напоминало кровавое месиво, но вот беззубый рот открылся  и со свистом вдохнул воздух.

— Жива! Она Жива! – Закричал водитель по-санглийски. – Надо ее спасать!

Фрэнкино быстро набрал номер, в едва не раздавленной от ужаса, трубке.

Город мечты.

Я. Это – я. Кажется, существую. Какое странное чувство. Кто же я такая? Меня, вроде, Катей звали. Мне восемнадцать лет. Учусь в Университете Тирополя. Что же со мной случилось?

Вспомнила!

Меня сбила машина.

О, нет! Неужели умерла? Такая молодая! Нет, я хочу жить! Люблю жизнь! Люблю Его! Ведь ничего еще толком не видела, ничего не добилась, ничего не попробовала. Я должна очнуться! Должна!

Лабиринты. Повсюду замкнутые бетонные мешки, смыкая и давя вокруг себя все небольшое пространство. Я металась в них, безуспешно пытаясь найти выход, постоянно путаясь и сбиваясь с пути. Я не бежала и не шла. Передвигалась как-то по-иному. Летела! Точно, летела внутри! Но я была не одна. Множество других душ, в смятении носилось по лабиринтам. Душа пожилой женщины привязалась ко мне, как банный лист к одному месту. Душа была не спокойна, она металась в панике.