Книга Санте, с любовью!, страница 17 – Рин Скай

— Вон в той косметичке должен быть, - указала я ему на тумбочку.

Шеф пару секунд безуспешно вытаскивал из сумочки всё что угодно, но только не пинцет, а потом, бесцеремонно высыпал содержимое на тумбочку. Подхватил искомое, направился к минибару. Выудил оттуда крошечную бутылочку с чем-то спиртным, откупорил пробку и скрылся в ванной.

Выпить что ли решил для храбрости?

— Продезинфицировал, - пояснил шеф, выйдя через мгновение. – Ясь, ляг на живот.

— Зачем? – испугалась я.

— Так легче будет. – терпеливо пояснили мне, дополнительно кивнув на подушки.

Ну я и легла. А что еще оставалось делать? Почувствовала, как он сел рядом. Подтянула ладонь к губам и прикусила её от первой же манипуляции с пинцетом. Мне было очень стыдно стонать или вскрикивать, когда Клим вытаскивал очередную занозу, поэтому я беззвучно плакала и кусала пальцы.

— Ну, теперь всё. – весело произнес Клим убирая вату от моей спины. – Ясь, если еще где полечить, сразу говори, не играй в супергероя.

Я кивнула, убрала руку от лица, а он, всё еще сидя рядом, отвел взмокшую от слез прядь с моих глаз.

— Ясь… - удивленно произнес он, - Ясь, ты чего рыдаешь? Так больно было?

Я снова кивнула.

— Ясь, а почему ты молчала? – начал злиться Клим, - хоть бы знак подала, я бы как-нибудь по-другому занозы повытаскивал?!

А что на это ответить? Вот и я не знала.

— Ясь, мне это не нравится! – заявил шеф.

А как мне не понравилось его последнее высказывание! Ну всё… теперь точно уволит. Мало того, что его больше не увижу, так Инесса Петровна совсем за потерянную работу со свету сживет…

Расстроившись еще больше, я закрыла лицо руками, но беззвучно плакать уже не могла – всхлипывала время от времени.

— Яся! Ясмина! – крикнули мне, - да что случилось? Прекрати немедленно и нормально объясни! Что за истерика?!

Когда на меня орут, я пугаюсь еще больше. Я не из тех, кто смело может перекричать оппонента, или задавить его своим авторитетом. У меня слабый голосок, никакой уверенности в себе, и терпеливость с покорностью воспитывали во мне с детства…

— Ясь, прости. – сбавив пыл и громкость, произнес шеф. – Чего это я тут разорался?

Он приподнял меня с кровати и осторожно привлек к себе.

— Честно, не привык, что девушка молча терпит боль.

Я уткнулась в его стальную грудь, пытаясь успокоиться и выровнять дыхание. В его объятиях это получалось плохо. Клим осторожно поглаживал меня по волосам, уткнувшись в макушку. Я ощущала его теплое сладкое дыхание.

— Ребеночка с кем оставила? – вдруг поинтересовался он.

Откуда он знает про Мишу? Хотя, чего я удивляюсь? Миша – официально мой сын, в личном деле о нем упомянуто… да и подарок на него от профсоюза был получен накануне…

— С его бабушкой. – тихо проговорила я, в который раз чувствуя себя отвратительной мамашей, сбежавшей с подругой в отпуск.

— С бабушкой? – уточнил Клим. – С бабушкой, это хорошо.

Мы посидели в обнимку еще какое-то время, а потом он отодвинул меня немного, заглянул в глаза и спросил:

— Тебе лучше?

Я кивнула в ответ.

— Хорошо, Ясь. Ложись спать. Мне тоже надо идти.

— Да, Клим. Нам обоим надо выспаться.

Клим поднялся, достал несколько купюр из портмоне, и не обращая внимания на мой протест положил их на мини-бар.

— Считай, что виски я выпил. – улыбнулся он. А потом, уже стоя в дверях, вновь посмотрел на меня: - Спокойной ночи, Ясмина. Еще увидимся!