Книга Любовь 50+, страница 36 – Анна Корнова

Александр Михайлович посмотрел принесённые документы и, кажется, остался не очень доволен.

— Справедливое распределение совместно нажитого имущества и бизнеса требует финансовой грамотности, – строго произнёс адвокат.

Люба внимательно слушала Сурнитского, отмечала в записной книжке телефона необходимое, но брошенная им фраза «если инициатором расторжения брака выступает супруг, то с вероятностью девяноста девяти процентов можно утверждать, что решение принято не им, а его любовницей, претендующей на роль новой супруги» выбила из колеи. «Решение принято не им, а его любовницей». Как Михаил ей сказал? Рита нежная и ранимая. Эту «нежную лань» её сестрица подложила под своего начальника (иначе на выставку строительного оборудования молодой врач Махотина не потащилась бы), и та очень удобно расположилась. Конечно, жить с мужиком почти на тридцать лет тебя старше – удовольствие так себе, но ради денег и не такое терпят. Интересно, как скоро Махотина свой склочный характер будет демонстрировать не коллегам, а Михаилу? Наверное, и сейчас уже начала собачиться, не может же она постоянно ломать себя, изображая оленёнка Бемби. Пока это можно списать на капризы беременных, но очень скоро получит Миша полный пакет требований, по сравнению с которым Любины претензии по дележу имущества ему мелочью покажутся.

— Любовь Александровна, Вы меня слушаете? – вопрос Суритинского вывел Любу из задумчивости.

— Да, Александр Михайлович, я поняла, что все доходы от предпринимательской деятельности при разводе делятся между мужем и женой.

Суритинский только сокрушённо покачал головой:

— Я понимаю, что у Вас эмоции бьют ключом, но необходимо собраться. Если имущество делится в суде, то эмоции будут только мешать.

— Я во всем полагаюсь на Вас, Александр Михайлович, – Люба была полностью во всём согласна с адвокатом, но никак не могла сконцентрировать внимание.

Домой Люба вернулась расстроенная. Она всегда гордилась умением держать себя в руках, но утренний звонок Михаила надолго выбил её из равновесия.

Заиграл телефон, Люба с опаской взяла его в руки: какие ещё сюрпризы её ждут? Но опасения были напрасны – звонила Людмила:

— Привет! Как дела?

— Как сажа бела.

— Люба, уныние – грех. Чем занимаешься?

— Сашку с женихом в гости жду.

— Хорошее дело. А я у тётки на даче яблоки для варенья чищу.

— Варенье – это замечательно.

— Филимонова, мне твоя унылая интонация не нравится. Хочешь, я приеду? Или ты к нам на дачу приезжай.

— Миша утром звонил, приглашал к нотариусу имущество делить.

— Ты же с адвокатом встречный делёж затеваешь, последнее слово не за твоим мужем, а за тобой будет. Даже не переживай по этому поводу.

— Я не из-за делёжки с супругом переживаю. Я теперь не с ним нажитое делю, а с той, к кому он ушёл. Я её знаю, – горестно вздохнула Люба.

— И кто же она?

— Моя подчинённая. Двадцать пять лет. Неприметная, но если приглядеться, то смазливенькая – миниатюрная блондинка с большими серыми глазами.

— Это как же вышло?

— Мир тесен.

— А она знала, что с мужем завотделения спит?

— Знала, но ей пофиг. Ей всё пофиг. Она по костям идёт и хруста не слышит. Она и по Мишке пройдёт катком.

— И поделом ему! Пускай по миру пустит старого дурака.

— Как-то грязно это всё. И я в этой грязи копаюсь.