Книга Королева держит вертикаль, страница 45 – Анна Корнова

— Не отвлекай меня, пожалуйста. Ты мешаешь сосредоточиться.

Но с работы они ушли, как и обычно, вместе. Сели в машину Влады.

— Тебя какая муха укусила? Февраль, вроде. Мухи спят.

— Женя, нам надо прекращать эту дружбу. Ты молодой парень, тебе надо уделять внимание своим ровесницам. Сколько в офисе хороших девушек! Вот с ними и общайся.

— На кой мне твои девушки! Я же тебе не раз говорил, рано или поздно мы будем вместе. И какая разница кому сколько лет — встречаются мужчина и женщина, а это важнее паспортных данных.

— Я ипотеку брать собралась, мне работу терять нельзя, а тут разговоры ненужные пошли. Геннадьевич, того гляди, аморалку припишет.

Влада не могла пересказать Евгению слова Дарьи — её поклонник не умел держать язык за зубами, наверняка, начнутся объяснения с Настей, и к чему это приведёт, не хотелось даже думать.

— Ну, и кто из нас взрослый? Ты девчонка-школьница: вдруг где-то кто-то что-то скажет. Но если тебя это почему-то напрягает, давай в офисе я к тебе подходить не буду, — и безо всякого перехода, — а теперь поехали ко мне.

Влада нахмурилась. Как объяснить человеку, искреннему, открытому, что работа ей очень нужна, а вот он ей совершенно не нужен. Ну, работают в одном коллективе, общаются ежедневно, но он просто коллега, с которым у неё хорошие дружеские отношения. Он даже не друг, он не занимает важного места в её жизни, он приятель. Уйдет кто-то из них с этой работы, и прекратится это приятельство.

— Приехали, Женя. Выходи, — автомобиль остановился у метро.

Дома Влада набрала ванную. Хотелось забыть события последних дней, лежать в тёплой воде и мечтать о том, что где-то есть человек, такой, ради которого можно было бы бросить всё и поехать куда угодно, хоть в Красноярск.

Февральский снег утратил праздничную белизну, внезапные оттепели сменялись гололедом и метелями. Так же неожиданно, как погода, менялось настроение, то замирала душа в весеннем предчувствии счастья, то сжималась от обид и раздражения.

— Работу опять начала искать, — рассказывала Влада Полине, — чтобы из этого дурдома выбраться.

— Неужели настолько серьезно, что с работы уходить приходиться? — Полина удивлённо округляла глаза.

Подруги сидели в своем любимом кафе после очередного похода за подарками, на этот раз к празднику Восьмого марта. Предварительно несколько раз проговорив, что нет большей глупости, чем женщине поздравлять другую с Женским днём, они всё-таки отправились за покупками, ведь мамам приятное сделать надо, и себе, и ещё некоторым… Влада сразу заметила перемену в Полине — беспокойный взгляд, рассеянность, от недавно счастливой женщины не осталось и следа. Поинтересовалась, как идёт подготовка к переезду в Красноярск, но подруга, ответив что-то невнятное, стала усиленно расспрашивать о делах на работе.

— Если просто рассказывать — ерунда. Один с любовью пристаёт, другая ревнует, а меня начальство гнобит, — описывала Влада обстановку.

— А серьёзно поговорить с твоим поклонником нельзя? — продолжала расспросы Полина.

— Нельзя, он не слышит. Вбил себе в голову, что я циничная дама, считающая любовь вселенским заговором изготовителей валентинок. Но он готов и сумеет растопить холод и лёд — короче, несёт такую пургу второй месяц. А какое шоу он четырнадцатого февраля устроил — вся компания от этих воздушных шариков тащилась.