Книга Цветочный мёд, страница 19 – Анна Корнова

За окном крупными хлопьями пошёл снег, снежинки кружились в весёлом хороводе, всё убыстряя бег, и девушкам было так приятно находиться в тёплом доме, разглядывая через морозные узоры на окне ледяные грани снежинок, и хотя бы ненадолго забыть о питерской свадьбе и пугающем маньяке.

Снег продолжал идти, он шёл и вечером, и ночью, и на следующее утро.

— А сегодня вроде потеплее, — Ангелина, выйдя на улицу, стряхивала снежинки с пуховика.

Девушки отправились к дому бабы Шуры по нападавшему за ночь глубокому снегу. Самое красивое зимой — это, конечно, снег, белый, пушистый, легкий, как лебединый пух, но когда его слишком много, то он уже не радует: дворников в деревне штатное расписание не предусматривает. Утром Ярослав расчистил дорожку перед своими воротами, а к избушке ведуньи тропка была ещё не протоптана. Похоже, тем утром подруги первыми пошли по заснеженному проулку, ведущему к дому «бабки».

— Я не могу себе представить, как люди живут зимой в деревне, — Ксения указала на заснеженные крыши изб, над печными трубами которых вился сизый дымок. — Кругом сугробы, а они сидят там, как полярники на зимовке,

— А я бы с удовольствием здесь осталась, — возразила Геля, — тишина какая! Такой красивой зимы в городе не увидишь.

— Так оставайся, Ярик уже с самого утра перед тобой копытом бил, про свои лесопилки рассказывал.

— Я уже не помню, о чём он за завтраком говорил.

— Странно, а со стороны посмотреть, залюбуешься, с таким интересом ты слушала про ангарные помещения с удобными подъездами и про ленточную пилораму. Ярик, полагаю, решил, что ты к нему на работу собралась наниматься, когда он пожаловался, что бухгалтерша у него в декретный уходит, у тебя прямо глаза загорелись.

— Я вот что подумала: наверное, Косте стыдно, что он меня обманывал, поэтому и не звонит. Может, мне ему написать, что я понимаю: в жизни разные ситуации складываются, — задумчиво произнесла Ангелина.

— Аллё! Ты меня слышишь! — Ксения сняла перчатку и защелкала пальцами перед лицом подруги. — Вот ты так же и Ярика утром слушала, а сама про свой телефон выключенный думала. Хватит в миноре сидеть! Какая разница: Костя позвонит — Костя не позвонит? Ключевые слова этой истории ты только что сказала: «он обманывал»!

С этими разговорами девушки подошли к дому бабы Шуры. Как и накануне, дверь была не заперта, и подруги, потоптавшись на крыльце и отряхнув снег, вошли в жарко натопленную комнату.

— Ох, сегодня метёт! Как, девчата, дошли? Снегом не завалило? — ведунья весело посмотрела на вошедших.

Ангелина, как и накануне, почувствовала разочарование: хотелось необъяснимого — таинственных звуков, колдовского полумрака, — а тут старушка в байковом халате, разноцветные бабочки на клеенчатой скатерти, в углу гудит холодильник, на нём возвышается трехлитровая банка с маринованными огурцами.

— Ты тут на диване обожди, — кивнула Ксении баба Шура, Ангелине же велела: — а ты, красавица, со мной иди.

В соседней комнатке обстановка ничем магическим тоже не отличалась: шкаф, столик у окна, деревянные табуретки. Старушка достала карты, кивком указала Геле на табуретку:

— Сейчас посмотрим, чего у тебя не ладится. Снимай левой рукой на себя.

Баба Шура, не глядя на Ангелину, раскладывала карты, что-то тихо бормоча. Девушка следила за ловкими движениями быстрых пальцев гадалки — слева вниз и снова вверх…