Книга Цветочный мёд, страница 37 – Анна Корнова

— Поняла, — уныло произнесла Ангелина.

— Что ты поняла? По голосу слышу, что ты под стол залезть готова, сама не понимая зачем. Я бы на твоем месте не голову в плечи втягивала, а подошла бы, вежливо поздоровалась, с женой познакомилась: мол, старые друзья. Пусть твой нежный на иголках посидит в ожидании, что ты ещё ей скажешь.

— Это ты у нас королева эпатажа, я лучше молча посижу. А у тебя как дела? Всё в порядке?

— В полном. Сейчас к Санькиным друзьям поедем, — голос Ксюхи звенел радостью.

Ангелина вернулась за свой стол, появление Константина её словно обессилило. Вероника оживлённо беседовала с соседями. Геля попыталась поддержать светский разговор, но мозг был занят желанием незаметно посмотреть туда, где сидел Константин, только боялась встретиться с ним взглядом. Разумеется, Ксюша права: пусть его жена о нём думает, но придать мыслям другое направление никак не получалось.

Началась развлекательная программа, заиграла музыка, певица поднялась на сцену, несколько пар вышли танцевать. Геля обвела глазами соседние столики, автоматически отметив: свободных мужчин на вечере нет, преимущественно сложившиеся пары или одинокие женщины. Но неожиданно рядом с Ангелиной возникла крупная фигура:

— Разрешите Вас пригласить.

Геля даже не посмотрела на подошедшего — какая разница, кто это! — главное, что Костя увидит, что она не за ним наблюдать приехала, а прекрасно проводит время. Она положила руку на плечо незнакомца и ощутила мягкую ткань его костюма. Они двигались плавно в такт музыке, подчиняясь томному ритму танца.

— Борис, — представился мужчина.

— Ангелина.

Он больше ничего не говорил. Просто уверенно, как-то очень по-мужски, вёл в танце. Ангелина отметила, что танцует её партнёр хорошо, и внешность приятная: похоже, ему за сорок, высок и широкоплеч. И ещё она была благодарна ему за то, что можно было не поддерживать ненужную беседу, просто позволить вести себя по танцполу, получая удовольствие от лёгкого и непринуждённого движения.

Вокруг кружились нарядные пары, играл оркестр, мелькали официанты с подносами, уставленными бокалами, в воздухе витал запах изысканных закусок, ярко сияли люстры, создавая радостную атмосферу праздника. Боковым зрением Ангелина заметила, что Константин смотрит на танцующих, а значит, и на неё. «А тебе не посрать на то, что он подумает?» — спросила Ксюха. Конечно, нет!

— Спасибо за танец! — мужчина подвёл Ангелину к её столику. — Вы чудесно танцуете.

— Спасибо, Борис! С Вами тоже очень приятно танцевать, — вежливо улыбнулась Геля.

Куранты пробили двенадцать, все закричали «Ура!», подняли бокалы с шампанским и принялись поздравлять друг друга, за окнами вспыхнули разноцветные огни салюта, оркестр заиграл вальс из «Карнавальной ночи».

Борис снова пригласил Ангелину на танец. Её узкая рука вновь легла в сильную мужскую ладонь. И на этот раз они танцевали ни слова не говоря, мужчина не нашёптывал банальностей, не шутил, кружились молча, словно музыка говорила за каждого из них, и Геля не понимала: самолюбие или стеснение не позволяют её партнёру начать разговор, а возможно, ему, как и ей, не хочется ни о чём ни с кем говорить, если можно просто танцевать и думать о своём.

Сев на своё место, Геля скосила глаза на столик Константина: её любовник хмуро жевал, не глядя, как его жена, радостно улыбаясь, показывает соседям по столу только что выигранную в лотерею мягкую игрушку. За Гелиным столом тоже царило оживление: Вероника в той же беспроигрышной лотерее выиграла тряпичного зайца, но ликования не выказывала, а готовилась принять участие в очередном конкурсе — ей надо было быть лидером даже на новогоднем банкете.