Книга Девиант, страница 131 – Гидеон Торн

— Как продвигаются продажи армейских моделей? — как бы невзначай спросила я, наблюдая за его безупречным маневром ножом.

Алексей не поднял глаз, продолжая с методичностью патологоанатома нарезать сосиску.

— Теперь, когда Илья временно выбыл из игры, вся работа легла на мои плечи. Ты же знаешь отца: он больше сотрясает воздух, чем делает. Пришлось самому перекраивать график встреч.

— Представляю, как это непросто, — добавила я в голос нотку восхищения. — У деда запредельные стандарты, когда дело касается рынков сбыта.

Алексей едва заметно кивнул — его зацепила эта тема.

— Да, это ещё та головная боль. Помню, какой скандал он закатил, когда я заикнулся о поставках «Афродит» в мусульманские страны. Его будто током ударило. Столько ненависти в одном человеке я ещё не видел.

— О да, то письмо на корпоративную почту трудно забыть, — усмехнулась я, вспоминая текст. — Особенно запомнился его «капслок»: «НИ ОДНА МОЯ "АФРОДИТА" НЕ БУДЕТ ПРОДАНА В ГАРЕМ».

Алексей сухо кашлянул, прочищая горло, и в его глазах блеснула искра холодного цинизма.

— По мне, так это чистое лицемерие. Будто наших западных клиентов когда-либо останавливала национальность или вероисповедание, чтобы завести себе личный гарем.

— И что теперь? — я подалась вперёд. — Ты согласовываешь с ним каждый возможный контракт по карте мира?

— Нет, всё куда прозаичнее, — Алексей отложил приборы. — Он просто выдал мне «белый список» — перечень стран, чьи деньги не пахнут в его представлении.

Стандарты деда действительно были непостижимы. Ведь именно он не так давно создал прототип «Аида», прекрасно понимая, для чего его будут покупать. Или всё же не понимал? В идее завести партнёра-андроида, который не умрёт от любви к владельцу, мог быть не только негативный подтекст. Может, дед действительно верил, что их будут покупать не извращенцы, а те, кто хочет чего-то более глубокого.

Я лениво кольнула вилкой омлет. За всё время, что мы тут сидели, я так и не притронулась к нему.

— Ну и когда у тебя ближайшая встреча? — небрежно спросила я.

Алексей замер. Посмотрел на меня с подозрением.

— С чего вдруг такой резкий интерес к моей работе? Ты мне обычно даже на сообщения не отвечаешь, а тут сама захотела встретиться наедине.

— Может, я раскаиваюсь? — выдавила я.

— Ты? — он издал короткий смешок. — Не смеши меня. Тебе что-то нужно, я прав?

Он был прав и сам это чувствовал. Но озвучить правду в лоб я не могла. Если в начале встречи я ещё сомневалась, знает ли он, где склад деда, то теперь кожей ощущала — он точно что-то знал.

— Да, ты как всегда прав, — притворившись, что меня раскрыли, согласилась я. — Видишь ли, я долго думала и решила продать свои акции.

Алексей вскинул брови и посмотрел на меня с искренним изумлением.

— Ты? Продать? Почему сейчас? Цены вот-вот взлетят.

— Это ты так думаешь. А я хочу вложиться в нефть.

Он издал короткий смешок, в котором сквозило неприкрытое превосходство.

— Ну какая же ты всё-таки глупая. Андроиды сейчас куда надёжнее этого «чёрного золота». Весь мир переходит на чистую энергию, а ты лезешь в прошлое.

— Может, я просто не хочу больше видеть ваши унылые лица на собраниях акционеров? — бросила я, внимательно наблюдая за его реакцией.

Алексей разозлился — едва заметно, лишь желваки на скулах дрогнули. Он медленно, с почти ритуальной тщательностью, промакнул губы салфеткой.