Книга Симулякр, страница 8 – Гидеон Торн

Аид медленно перевёл взгляд с меня на техника. Ни тени подобострастия или страха. Лишь сдержанная оценка. Прямо король подземного царства, снизошедший до визита в мир смертных. И одетый при этом в дешёвую синтетику. Интересно, кто станет твоей будущей Персефоной, которая повергнет тебя в ад?

Плавным, почти бесшумным шагом он приблизился и остановился на расстоянии вытянутой руки. Я непроизвольно почувствовала, как напряглись мышцы спины. Он нарушил мою личную дистанцию. Не агрессивно, но настойчиво. Изучая.

— «Алгоритмическая поэзия» — это метафора для обозначения эффективности моего кода или эстетическая оценка? — его голос был ровным, бархатным баритоном, лишённым каких-либо эмоциональных модуляций. Он обратился к Сергею, но его ледяные сенсоры были прикованы ко мне.

Сергей смущённо хмыкнул:

— Ну, и то, и другое, дружище! Красота — в эффективности!

Пётр Семёнович, до этого отвлечённо набиравший на телефоне, видимо, очередное распоряжение, наконец скользнул взглядом по Аиду с видом коллекционера, любующегося новым приобретением.

— Ну как он тебе? — спросил он, обращаясь ко мне. — Понравится нашим покупателям? Я, конечно, не работаю в отделе маркетинга, но тут и без их опытного глаза видно.

— Если я правильно понимаю нашу новую… специфику клиентов, — я тщательно подбирала слова, — то они будут более чем удовлетворены его внешними данными. С остальным… мы ещё поработаем.

Пётр Семёнович довольно кивнул, услышав именно то, чего и хотел.

— Мне нравится ваш энтузиазм, — сказал он, одобрительно хлопая меня по спине. Я едва сдержала вздрагивание. — Ни в чём себе не отказываете.

Его слова повисли в воздухе — густые и двусмысленные. Я бы почувствовала себя пристыженной, имей я совесть. Но у меня её не было. Я лишь холодно смотрела на Аида, мысленно навесив на него ярлык «сверхурочная работа». Он смотрел в ответ с тем же безразличием. Словно два инструмента, мы оценивали друг друга.

Пётр Семёнович и Сергей отошли в сторону, обсуждая какие-то технические детали. Я не вслушивалась.

— Сергей, — прервала я их, обращаясь к технику. — Отправьте только кейс в мою квартиру.

Его губы сложились в немое «о». Видимо, он не ожидал, что я буду тестировать андроида даже в рабочее время.

— Но… он только из кейса. Для погружения в среду… — попытался он возразить.

— Дома я почти не бываю, — отрезала я. — Если нужно писать отчёты, то проще таскать его с собой. Или вы думаете, что клиенты не будут выгуливать своих эйдолонов?

Пётр Семёнович снова одобрительно улыбнулся. Мне захотелось засунуть его самого в кейс и выбросить ключ.

Я сухо попрощалась и, кивнув Аиду, вышла в коридор. Он беззвучно последовал за мной, выдерживая идеальную дистанцию в два шага. Мы вошли в лифт. Он встал ко мне вполоборота; его поза была расслабленной, но я снова ощущала на себе невидимый, пристальный анализ.

Двери лифта открылись на моём этаже. Я быстрым шагом направилась к кабинету, как вдруг в кармане зазвонил служебный телефон.

— Слушаю, — бросила я в трубку, не сбавляя шага.

— Алло? Простите за беспокойство, это дежурный с горячей линии «Эйдолон», — донёсся молодой взволнованный голос. — У нас инцидент в секторе Владимира Игоревича. По адресу: Пригород, ул. Садовая, 17.

— Продолжайте.

— Пользовательница, ID-45893, докладывает о… — он запнулся, — о неконтролируемой агрессии единицы «Арес». Она в ужасе, кричит, что он её не выпускает… Мы звонили Владимиру Игоревичу, но не можем дозвониться с шести утра, а этот инцидент… мы не знаем, что делать!