Книга Терапия для дракона, страница 116 – Майя Фар

— Значит, король Брейден, — развёл руками император, — вам придётся умереть.

— Вы не можете меня убить, — отчеканил Брейден. — Клятва вам не позволит.

Брейден ссылался на обоюдную клятву между вассалом и сеньором.

— Не могу, — согласился император и скучающе добавил: — Клятва действует и на меня, и на нашего канцлера. Но, ваше величество, никто не застрахован от случайных взрывов. — Он повернулся ко мне и широко улыбнулся. — Не правда ли, генерал?

И вот тогда камни на платье Оливии вспыхнули.

А потом я увидел, что Оливия пошла вперёд. Она шла медленно, словно во сне.

— Оливия, стой! — крикнул я.

Но она будто не услышала. Лицо её было мертвенно-бледным, глаза смотрели в пустоту.

А я поймал злорадный взгляд барона Страдарда.

Ольга (Оливия)

Всё вокруг стало серым.

Нет, не так. Мир не потемнел, он как будто выцвел. В одно мгновение растерял все краски сразу и стал чёрно-белым.

Я умерла?

Но если умерла, то почему я по-прежнему вижу всё вокруг себя, а не парю где-то под высокими сводами зала, разглядывая картину целиком сверху, как пишут в книгах?

Я попыталась вдохнуть, но так и не поняла, получилось ли. Попыталась поднять руку, чтобы взглянуть на неё, но рука не послушалась.

Я не слышала ни звука. Ни музыки, ни голосов — ничего; вокруг была только глухая, будто ватная тишина, словно меня поместили в вакуум. Будто я и правда провалилась в чёрную дыру и теперь наблюдала за миром откуда-то из глубины себя.

Повернуть голову я не могла. Но глаза меня слушались.

И я водила ими по залу, отчаянно пытаясь различить хоть одно лицо. Но всё безуспешно, потому что все лица сделались одинаковыми и представляли из себя плоские белые пятна. Раньше их можно было хотя бы различить по цвету одежды. Теперь не осталось и этого.

А потом я увидела свет.

Среди серой массы горел один-единственный силуэт. Итон.

Стоило мне подумать о муже, и я тут же разглядела знакомые черты. Он стал моим якорем. И теперь я смотрела только на него.

Я видела, как меняется его лицо, словно вокруг что-то происходило — то, из-за чего его лицо становилось напряжённым, потом мрачным. Я увидела, как его взгляд заметался по залу и наконец замер на мне.

«Итон! — хотела крикнуть я. — Я здесь, я тебя вижу!»

Но как я не могла поднять руку, чтобы помахать ею, так же я не могла и крикнуть. Потому что в пустоте звуки не проходили. Да и Итон, кажется, меня не видел.

А потом всё потемнело.

Между нами встала чёрная фигура, она заслонила моего дракона. И тогда я услышала голос: «Иди вперёд. Иди вперёд. Иди вперёд».

Слова вбивались мне в голову, как гвозди, огнём и железом, глубоко, не оставляя возможности не слышать этот приказ. А впереди, там, куда толкал меня этот голос, разгорался свет.

Только не такой тёплый, каким светил мне Итон, а ярко-белый, холодный.

И я поняла, что должна дойти до этого света. Чего бы это ни стоило. Всё остальное вдруг перестало что-либо значить. Осталось лишь одно, простое и единственно верное: идти вперёд. Делать то, что велит голос.

И я пошла.

* * *

Генерал Итонриад (Итон)

Она шла к королю, медленно делая шаг за шагом, лицо её ничего не выражало. А украшавшие алое платье камни разгорались всё ярче, и я наконец понял всё.

Артефакт, который мы подменили, был обманкой. Настоящее оружие — это не какой‑то там артефакт, это Оливия. И сейчас она неумолимо двигалась к Брейдену.