Книга Терапия для дракона, страница 95 – Майя Фар

— Почти, — ответил барон, всё ещё не вставая с кресла, — осталось только передать тебе привет. Надеюсь, что тебе всё ещё интересно, как там твоя семья.

Я застыла.

— А что с моей семьёй? Вы обещали: пока я делаю, что велено, с ними всё будет в порядке.

— Обещал, и хочу, чтобы ты этого не забывала. — Барон наконец-то поднялся, прошёл к двери и, уже взявшись за ручку, обернулся. — И вот ещё что. Не вздумай играть со мной, Оливия. Уверяю тебя, у меня есть средство узнать, если ты что-то скрываешь. Тебе же понравился мой маленький сюрприз в Голубой гостиной?

— Так это были вы? — вырвалось у меня.

— А ты как думаешь? — переспросил барон, так и не признав своё участие. И голосом, который звучал почти нежно, добавил. — И запомни, если ты решишь всё рассказать своему супругу — плохо придётся не тебе. А твоей семье.

И в этот миг я поняла главное. Что бы мы ни задумали — сначала нужно вытащить тех, кого он держит заложниками.

— Я хочу их увидеть, — сказала я. Сказала неожиданно даже для себя самой.

Барон удивлённо приподнял брови.

— Увидеть?

— Да. И не через переговорный артефакт. Я хочу увидеть их своими глазами и убедиться, что они живы.

— Это невозможно.

Но мне показалось, что он лжёт. И я решила стоять на своём.

— Тогда я не поеду на бал.

— Ты не можешь не поехать, — барон неприятно ухмыльнулся. — Я предупредил тебя о последствиях.

— Я хочу увидеть свою семью, — решила я стоять на своём. Терять мне было нечего — почти. А не настою — он их всё равно продолжит использовать, если не хуже.

Не знаю, что он разглядел на моём лице. Может, решимость идти до конца. А может, мне и самой удалось себя убедить, что я действительно готова стоять до конца. Барон смотрел на меня долго и неожиданно согласился:

— Глупо с твоей стороны, но я согласен. Вот только учти, что я делаю это исключительно в память о наших добрых отношениях.

А я, глядя на него, думала: «Ничего ты не делаешь в память. Всё ты делаешь только для себя. И сейчас ты попросту испугался, что твой тщательно продуманный план может рассыпаться».

— Через два дня, — продолжил он. — Только не здесь. Нам придётся перенестись через границу. Отсюда это не сделать: отследят. Я сообщу, куда тебе прийти.

«Сообщу», — мысленно повторила я. И поняла, что Итон был прав, оставив горничную работать в нашем доме. Барон так уверенно говорил, что он мне сообщит.

— Как я узнаю? — всё же спросила я.

— Узнаешь, Оливия, не переживай. — На лице барона было нарисовано превосходство.

А я подумала: как хорошо, когда тебя недооценивают враги.

* * *

После ухода барона я всё-таки примерила платье. Радости мне это не доставило, хотя платье было красивым, даже драгоценности оказались хороши. Верея достала из сейфа шкатулку и приоткрыла её, не позволив, впрочем, ни к чему притронуться.

Камни блестели. Я никогда не понимала этой страсти к сверкающим побрякушкам, пусть даже и баснословно дорогим. Но один камень всё же приковал взгляд.

Это было колье. Оно охватывало шею и спускалось на грудь тонкой паутиной, видимо предполагалось, что оно прикроет открытое декольте мерцающей сеткой. А в самом центре этой паутины был камень. Сперва я приняла его за жёлтую яшму и даже удивилась, что среди россыпи дорогущих бриллиантов, расположился скромный полудрагоценный камешек.