Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 116 – К. Рэдлиф

Кажется, он сам разрушил свое право на счастливую жизнь.

Сянь Мин примерно представлял, что будет, когда печать, начерченную на земле, сотрут. Но, несмотря на это, он не смог подготовить себя к смерти Суй Чжуна. Где-то на краю сознания он уже давно предугадывал этот исход, он понимал, что шансов на восстановление души друга нет. Но разве мог он просто сдаться и убить того собственными руками? Тогда, больше десяти лет назад, он совершил огромную ошибку, решив, что имеет право вмешаться в чужую жизнь. В результате Суй Чжун все равно остался с Шан Ло. Кажется, их души были крепко связаны на небесах, раз даже в смерти их оказалось невозможно разлучить.

— Подожди! – Сянь Мин отчаянно бросился к Линь Яну, который уже был готов начать стирание печати. – Подожди, разве господин Цзэ не может очистить душу? Может, подождем, пока господин Цзэ наберется сил и попробует очистить?

Линь Ян смерил его долгим взглядом. Было неясно, что у мужчины на уме, но он явно терял терпение:

— Заклинатель Цзэ не может очистить это. Техника, что он использовал, может очистить душу, но не тогда, когда она так плотно переплелась с тьмой за такое длительное время. В лучшем случае твой ненаглядный просто умрет во время обряда. А в худшем его душа расколется, а сам Цзэ Сюлань схватит ментальный удар такой силы, что можно будет навсегда вычеркнуть его из списка совершенствующихся.

Яо Вэньмин, услышав слова старейшины Линя, покосился на хозяина Туманного склона, что все так же вяло наблюдал за ситуацией. Неужели мастер Цзэ пытался спасти душу какого-то незнакомца ценой своей жизни? Что за абсурд? К тому же учитель Цзэ не выглядел сейчас как человек, тронутый чужой кончиной, или как тот, кто очень переживает за Суй Чжуна и Сянь Мина. Неужели Цзэ Сюлань сам не знал, что применение этой техники в таких условиях может быть опасно для жизни?

— Но если не попробуем – не узнаем, – в отчаянии проговорил Сянь Мин, хватая Линь Яна за рукав.

— Ты думаешь, Цзэ Сюлань пойдет на это? – Линь Ян грубо выдернул ткань из его рук. – А даже если и пойдет, ты думаешь, что я позволю ему это сделать?

Сянь Мину было нечего сказать в ответ. Он выглядел жалко, цепляясь за любую, даже призрачную соломинку. Яо Вэньмина воротило от таких людей, потому что чем-то они напоминали подростку его самого в прошлом. Он так же цеплялся за мастеров, желая попасть к ним на обучение, так же стелился перед старшими учениками, чтобы те прониклись к нему хотя бы жалостью, но теперь эти воспоминания вызывали лишь злость и отвращение. Минь Ли и Юнь Цзяо сидели тихо, опустив глаза, а Цзэ Сюлань вообще никак не реагировал. Можно было подумать, что он уснул, но он сидел с открытыми глазами, а его черные зрачки внимательно следили за происходящим.

Линь Ян, больше не желая ничего слушать, сконцентрировал энергию в правой руке и, прочувствовав движение ци, выпущенной ранее в печать, рванул всю ее вверх.

Земля полетела клочьями в стороны, и черный ворон, притаившийся на крыше гостевого двора, с испуганным криком рванул вверх.

Все остальные тоже дернулись, прикрывая лицо руками. Только Сянь Мин бросился к лежащему без сознания Суй Чжуну, наплевав на собственное благополучие.

— Господин Сянь, осторожнее! – крикнула ему вдогонку Юнь Цзяо, и тут же ее голос оборвался. Все уставились туда, где только что была печать. Посреди развороченной земли стоял почти прозрачный силуэт девушки. Это был самый настоящий призрак. Он словно светился изнутри, но в то же время пропускал свет через себя.