Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 204 – К. Рэдлиф

— А с чего бы остальным пытаться возражать и выступать против, когда сам глава альянса кого-то рекомендует?

— Мне кажется, не все будут в восторге от нового члена. Кто-то годами лизал чужие пятки, чтобы попасть сюда, а здесь только появившаяся школа… К тому же разве никого не должно насторожить такое благосклонное отношение со стороны Цао Цзюаня? Будь я главой школы или клана, играющего сомнительную роль во всем этом представлении, я был бы очень даже против. Кто знает, на чье место в будущем захотят претендовать эти любимчики?

Линь Ян задумался на какое-то время, размышляя над словами Цзэ Сюланя. Так-то оно так. Он был прав. Для многих кланов это было бы весьма неоднозначное решение. Да и вообще, как осмелился глава Цао на такое? Это же буквально плевок в сторону остальных членов, вошедших в альянс за свои заслуги.

— И все же мне кажется, ты слишком скрупулезен и копаешь излишне глубоко. Разве остальные будут размышлять так, как ты?

— Лао Линь, я человек, никак особо не заинтересованный и не связанный с политикой, и копаю так глубоко. Как же глубоко копнут люди, что занимаются всем этим уже десятки лет и вдобавок чем-то рискуют?

— Почему ты вообще решил в это влезть?

— Скажем так, мне стало слишком скучно и захотелось немного развлечься.

Линь Ян смерил его снисходительным взглядом и тепло улыбнулся:

— Если тебе так скучно, то пошли со мной в странствия. Посмотришь мир. Там тебе точно будет не до интриг и скандалов.

— Мне не настолько скучно, – Цзэ Сюлань бросил взгляд на притихших учеников. Усевшись на широкой скамье у окна, они, кажется, совсем разомлели после сытного ужина и горячего чая. Судя по их сонным лицам, они всеми силами боролись с сонливостью, хоть и были готовы улечься спать прямо здесь на полу. – Разве кто-то в своем уме променяет горячую ванну и мягкую кровать на дождевую лужу и холодную землю?

— Неженка, – резюмировал Линь Ян, щуря золотые глаза. В черных зрачках плясали гибкие огни свечей, и создавалось впечатление, что взгляд искрится. В первую встречу Цзэ Сюланю показалось, что братья Линь абсолютно одинаковые. Сейчас же, даже если бы те поменялись одеждами и переплели свои волосы, Цзэ Сюлань не смог бы их перепутать.

— Я просто ценю удобство.

Встав из-за стола, хозяин Туманного склона подошел к ученикам и велел им идти отдыхать в комнаты, в которых они жили во время своего наказания. Те против не были и оперативно покинули кухню. Цзэ Сюлань вышел следом, чтобы установить для подростков жаровни и печати. В тех комнатах никто не жил, и поэтому температура там была как на улице. Цзэ Сюланю пришлось облепить все кровати печатями, чтобы детям было комфортно лечь спать, пока жаровни не нагреют весь воздух в комнатах. Подростки пытались вяло сопротивляться и твердили, что все в порядке, но разве взрослый и самостоятельный заклинатель будет слушать отнекивания каких-то там детей?

Когда обогрев комнат был налажен, Цзэ Сюлань вышел на улицу. Там его уже ждал Линь Ян, задумчиво вертя в руках утепляющую печать.

— Что, и старейшину Линя научить?

— Очень интересная штука, – согласился Линь Ян и прилепил печать Цзэ Сюланю чуть ниже левой ключицы. Еще и пригладил, чтобы точно не оторвалась.

— У меня верхние одежды расшиты печатями. Мне она без надобности, – заклинатель отцепил от себя печать и перевесил на Линь Яна.