Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 280 – К. Рэдлиф

— Противоядия действительно нет, – подтвердил кто-то из толпы.

— То, что вы о нем не знаете, не значит, что его нет. – Цзэ Сюлань склонил голову к плечу, поглаживая свою трость пальцем. – Любой яд можно нейтрализовать. Нужно только найти чем. Где пузырек?

— Нет его. Я его закопал.

— То есть вместо того, чтобы спасти жену, ты просто выбросил лекарство?

Хао Цзы весь покраснел от негодования. Этот человек так перекручивал его слова, что любое действие казалось чем-то ужасным и неправильным.

— Там было не лекарство, там был яд. Никто не видел, как работает твое «противоядие», ты не можешь доказать, что вообще можешь его приготовить.

Жители деревушки уважали Цзэ Сюланя за его познания в лекарском деле, но они действительно не верили, что тот мог бы изобрести лекарство от обращения. Однако из уважения они не могли ничего сказать и молча наблюдали.

— Он не должен тебе ничего доказывать, – припечатал Линь Ян.

— Хорошо. Допустим, я дал тебе яд, – Цзэ Сюлань на заявление Хао Цзы хищно улыбнулся, и тот нервно сглотнул, ощущая надвигающуюся опасность. – Я дал тебе яд, чтобы ты убил свою жену.

— Так ты все-таки признаешь!

— Я дал тебе яд, – не слушая его, продолжал хозяин Туманного склона, – для твоей зараженной жены. Все присутствующие здесь прекрасно знают, что принято делать с зараженными. И вместо того, чтобы отдать женщину вам, он скрыл факт заражения от вас, закрыл ее в доме, а потом, когда я дал ему яд, чтобы женщина безболезненно и быстро умерла, он заставил ее страдать от мучительной боли. В конечном итоге вообще выставил Ю Сяолэй на улицу, увеличив поголовье мертвецов. Хао Цзы, ты правда считаешь, что это то, чем нужно гордиться?

Хао Цзэ мог только стоять и хватать воздух ртом. Этот человек… Он был страшен. Он был ужасен. Всего парой фраз он настроил всех против него, выйдя сухим из воды.

— А ведь и правда, Хао Цзы, ты скотина!

— А если твоя женушка покусает теперь кого? Что, рад, что она сможет унести еще чью-нибудь жизнь?

— Кто вообще тебе позволил самому принимать такие важные решения?

— Тан Цзыци из секты «Алого знамени» доставила всем нам хлопот, отняв лучшие годы жизни, но теперь мы можем выступить против нее, – вздохнул Гао Гэньюй, прерывая балаган. – Нам не стоит ссориться и бросаться обвинениями. Сейчас нам нужно объединиться, если мы хотим выбраться.

— «Алого знамени»? – удивился Линь Ян. Его лицо заметно помрачнело. – Разве не «Алых цветов смерти»?

— Тан Цзыци принадлежала секте «Алого знамени», – подтвердил слова даоса Ян Жуй.

Пока остальные продолжали беседу, Цзэ Сюлань подошел поближе к Хао Цзы и тихо сказал:

— Позволь этому мастеру дать тебе совет: не раскрывай свой рот против тех, кто проявил к тебе милосердие.

Раздался хруст костей, и Хао Цзы со сдавленным воплем рухнул на землю. Его красивое лицо перекосила гримаса боли, а правая нога выгнулась под неестественным углом.

— Лю Цзюнь, сукин ты сын!

Никто не понял, что произошло и почему Хао Цзы сейчас так истошно кричит, хватаясь за ногу. Только Линь Ян уловил молниеносное движение бамбуковой тростью, которой Цзэ Сюлань со всей силы ударил мужчину по ноге.

Стройная фигура хозяина Туманного склона стремительно отдалялась, и Линь Ян направился следом за заклинателем, не желая больше слушать вопли Хао Цзы и остальных.