Книга Особенности фиктивного развода с крылатым, страница 88 – Екатерина Вострова, Татьяна Новикова

— Какое еще место?

Спустя еще ящик спиртного, и подробный рассказ о взаимоотношениях Альбеску и арбитров Яр, наконец, понял, что ему предлагают.

Нику Альбеску держал свой разъездной цирк, в котором выступали нелюди. К нему приходили добровольно, за покровительством или помощью, за защитой. Впрочем, их вскоре ждало неприятное открытие: существование в цирке оказывалось хуже, чем за его пределами. Это для Ярослава вампир был добрым другом (ладно, не таким уж и добрым, да и как друг он был порой так себе), а для обитателей цирка — безумным садистом, который игрался с жизнями и здоровьем своих подопечных.

Со своими «пленниками» Нику заключал особый договор. Контракт, по которому они вверяли себя Альбеску, и тот мог творить всё, что ему вздумается. Но для всего остального мира такие нелюди получали неприкосновенность, становясь собственностью Нику. Даже арбитры были не вольны вызволить кого-то из цирка, если у существа имелся тот самый контракт. Максимум, что они могли сделать — вернуть сбежавшего пленника владельцу. Если, конечно, у того вообще получалось сбежать.

— И много у тебя беглецов? — зачем-то спросил Яр, хотя это волновало его меньше всего.

— Ни одного, — лениво ответил Нику. — Ну, ни одного, которого бы я не отпустил самолично. В общем, я готов взять братика твоей красавицы в свои подопечные. Так сказать, посадить его на цепочку, в прямом и фигуральном смысле. Но я его буду любить и оберегать, пылинки сдувать. В попу дуть надо? Могу дуть!

— Дуть не надо. Что до остального… Твою мать, тебе-то это зачем? А впрочем… Майя не согласится. — он уныло приложился к бутылке.

— Так ты скажи ей, что это не договор рабства, а договор… опекунства. Буду опекуном большой пустоголовой змейки. Можем даже все условия прописать, что я его обижать не буду. И ограничивать, только для его же пользы…

Ярослав взглянул на вампира с недоверием, затем вздохнул. Сказать то, он это конечно может Майе, вот только не факт, что на его после это снова не съедет.

— Ой, ладно! Не хочешь как хочешь, я не навязываюсь. — обижено засопел Альбеску. — Лучше давай еще раз выпьем.

Они осушили бокалы, и на мгновение мир показался чуть более приемлемым, чем раньше.

Глава 20

Секта встретила меня нервозно, молчанием и траурными лицами.

— Ярослав сказал мне о происшествии. Соболезную.

— Благодарю, но мы не скорбим, — ответил мужчина, что приезжал за Дохаком. — Мы считаем тот свет избавлением от телесных мук, а потому наши братья и сестры со смертью лишь возвысились.

А, ну если так рассудить, то мой брат ещё и одолжение им сделал. Помог отринуться от мирской суеты, и всё такое.

Голос моего провожатого звучал заунывно, из чего я сделала вывод, что они в принципе здесь такие — кислые и смурные. Видимо, слишком уж их заело земное существование.

Минув череду бараков, мы дошли до нужного и остановились у комнаты, которую занимал Дохак. Я постучала в закрытую дверь.

— Кто бы ты ни был, ты доигрался! — рыкнули оттуда с предвкушением. — Одумайся! Даю последний шанс уйти! Пока ещё я в настроении!

— Или ты открываешь по-хорошему, или я вынесу дверь, а затем засуну тебе её в глотку по щепке, — ласково заговорила я, дав знак мужчине уходить.

С братом я разберусь сама.

— Хида!

Щелкнул замок. Дохак вышел ко мне как есть, весь измазанный уже запекшейся кровью. Он даже не потрудился умыться. Стоял передо мной голый — одежду наверняка разорвало при обращении, и брат не потрудился найти новую. Сейчас амулет вновь был на нем. Хоть на этом спасибо. А то с него сталось бы выбросить после своих похождений.