Книга Любовного зелья не желаете, мистер Дракон?, страница 16 – Мотя Губина

«Ну и поделом», — решила я, сложив руки на груди. В конце концов, за дело получили.

— Я не буду их лечить, — заявила уверенно.

— Что? — завопили девчонки.

— Почему? — вкрадчиво спросил Гил.

— Рискованно, — хмыкнул со своего места брат и снова стащил с шампура очередной кусок мяса.

— Потому что они не больны, — пискнула я.

— Не больны? Да ты издеваешься! — попыталась ухватить меня за ногу та самая блондинка, которая сейчас, под отблесками пламени с мангала, казалась существом из нижнего мира. — Снимай своё проклятие, негодяйка, иначе мой отец тебя по стенке размажет!

Я покрепче прижалась к мощной спине дракона.

— Я вам что, ведьма, что ли? — вякнула из-под тёплого укрытия. — Нет никакого проклятия. Это вообще абсолютно безобидная вещь. Даже не заклинание, это магия пометила ваши… намерения, — последние слова я сказала почти шёпотом и, нервно хихикнув, улыбнулась дракону.

Гил нахмурился.

— Хочешь сказать, ЭТО не снять?

Я сделала жалостливые глаза.

— Оно само слезет дня через три-четыре. Абсолютно безвредно, гарантирую. Даже кожу улучшает, там некоторые масла полезные, типа сока алоэ вера, — я задумалась, но нас с Гилом чуть не сбила волна возмущённых криков.

— Что значит «не снимаемое»?

— Как ты могла?

— Да как ты посмела?

— Да я тебя!

— Да ты!

Дракон устало потёр глаза.

— И почему ты сразу не сказала? — спросил, пригнувшись ко мне. — Если бы знал, что оно не снимается, я бы тебя сюда не потащил.

Я развела руками.

— Во-первых, я намекнула, а во-вторых, именно в таком контексте ты не спрашивал. И вообще — выдавать все свои секреты для нормального зельевара как-то не солидно. А ещё, между прочим, у нас свои женские разборки. Смысл взрослому дракону в них влезать? — я покосилась на девушек, и они при этих словах как-то подозрительно замолчали, явно что-то задумав.

В этот момент к нам развернулся Стив и сказал:

— Гил, ты ещё долго собираешься её на спине таскать? Мясо остынет. Давайте тогда закругляться, коль уж такое случилось. Если Лори не может снять последствия эффекта от зелья, то завтра, я так понимаю, её ждёт визит к ректору. Скорее всего, сестрёнку накажут, и она на ближайший месяц получит ооочень много часов отработки.

— Вот спасибо, братец, — опешила я, — а пожалеть? Мы же, это… одной крови с тобой!

— Сама виновата, — равнодушно пожал он плечами. — А вы, девушки, что стоите, кудахчете? Не следовало открывать и пробовать всякие тюбики. Говорил вам Гил, что духи в его сумке — не подарок для одной из вас, и он сам не знает, как они туда попали? Говорил! А вы зачем полезли, хихикали и вскрыли их? Словно вы учитесь в институте благородных девиц, а не на курсе зельеварения, где каждый знает, что просто так никакие тюбики вскрывать нельзя. Сами виноваты, любопытство вас погубило.

Синие дамы задохнулись от возмущения, а я аж прям загордилась братиком, так красиво всё расписавшим, пока он не дополнил:

— Лори однозначно понесёт наказание, но наказание это определит Совет академии. А вас, Элиза, Дистиния, Адроза и Норана, очень прошу перестать воевать с моей сестрой. В конце концов, если вы продолжите, то мне придётся за неё вступиться, а я не хотел портить с вами отношения на последнем году обучения.

— Ты издеваешься? — возмутилась блондинка, как я поняла — Элиза. — Твоя сестрица разукрасила мне физиономию! А если у меня кожа завтра слезет?