Книга Истинная для врага Дракона, страница 161 – Милана Вейр

— Сегодня я сама.

В его взгляде вспыхнуло что-то темное и горячее.

— Как прикажешь.

Он заложил руки за голову, позволяя мне делать с ним все, что я захочу.

А я хотела запомнить.

Каждую линию. Каждый шрам. Каждый напряженный мускул под гладкой горячей кожей.

Я целовала его медленно, почти мучительно. Провела губами по ключицам, по груди, по животу. Иногда слегка прикусывала кожу и тут же зализывала место укуса. Адриан сдерживался, но его дыхание становилось все тяжелее, а пальцы все сильнее сжимали простыню.

В нем было столько силы. Столько жизни. И я должна была погасить эту жизнь своими руками.

Нет.

Не думать.

Хотя бы не сейчас…

Я опустилась ниже, лаская его так, как никогда раньше не решалась. У меня не было опыта, но было желание. Было отчаяние. Была нежность, почти болезненная в своей остроте.

Адриан глухо зарычал.

— Велея…

Я подняла глаза.

Он смотрел на меня так, словно готов был отдать мне все, что у него есть.

Власть. Гордость. Сердце.

— Тебе нравится? — спросила я, и голос сорвался.

— Ты еще спрашиваешь? — выдохнул он. — Мучительница.

И вдруг память жестоко подбросила чужую картину: Раяна у его ног, ее руки, ее губы, ее самодовольная улыбка.

Ревность вспыхнула так резко, что я едва не отстранилась. Адриан будто почувствовал это.

— Не знаю, как ты это делаешь, — сказал он хрипло, с трудом подбирая слова. — Но ни с кем и никогда мне не было так хорошо. Иногда тебе достаточно просто посмотреть на меня, и я уже теряю контроль.

Сомнения рассыпались. Ему хорошо со мной. Значит, сегодня я дам ему столько нежности, сколько смогу. Самое малое, что можно подарить тому, кого собираешься убить. Я снова отогнала эту мысль.

Когда Адриан больше не выдержал, он рывком приподнялся, обхватил меня за талию и потянул к себе. Наши губы встретились в жадном поцелуе.

Я сама опустилась на него, принимая в себя медленно, до конца. От ощущения полноты у меня перехватило дыхание.

Адриан застонал мне в губы и резко подался навстречу, но тут же сдержался, давая мне самой задать ритм.

Он позволял мне вести. Позволял быть главной.

В этом было что-то невероятно горькое и прекрасное. Будто хотя бы сейчас, в последнюю ночь, мы могли стать равными.

Не врагами.

Не королем и пленницей.

Не убийцей и жертвой.

Мужчиной и женщиной, которые слишком поздно поняли, что связаны гораздо глубже, чем хотели признать.

Я двигалась все быстрее, то приподнимаясь, то снова принимая его в себя. Адриан ласкал мою грудь, талию, бедра, целовал шею, шептал что-то бессвязное — мое имя, проклятия, просьбы не останавливаться.

И вдруг, на самом краю, я вспомнила.

— Я не приняла зелье против зачатия.

Я попыталась отстраниться.

Адриан не позволил.

Не грубо. Просто удержал, глядя прямо в глаза.

— Я больше не хочу, чтобы ты его принимала.

Эти слова прозвучали тихо.

Но во мне они ударили громом.

В следующее мгновение удовольствие накрыло меня с такой силой, что я не смогла ни ответить, ни возразить. Тело содрогнулось, и мир распался на жар, свет и его руки.

Адриан кончил следом за мной, оставшись во мне до конца.

И только потом, лежа на его груди, я наконец осознала случившееся.

— Что ты сказал? — спросила я, едва дыша.

Он погладил меня по спине.

— Что буду счастлив, если ты подаришь мне ребенка.

Сердце пропустило удар.