Книга Истинная для врага Дракона, страница 172 – Милана Вейр

Я не стану убивать ее народ только потому, что она сбежала.

Я верну жену.

Не стану разрушать ее землю до основания, не запру Астерию в темнице, не превращу в сломленную пленницу. Нет. Я уже видел страх в ее глазах и больше не хочу видеть его снова.

Но и отпускать ее не собираюсь.

Она моя.

Не потому, что я король. Не потому, что однажды взял ее силой брачного обряда. А потому что сама кровь признала это раньше нас обоих.

Я спрятал старый медальон Астерии за пазуху, а зеленую реликвию надел на шею и вышел из комнаты через тайный ход.

Теперь у меня была цель.

Не месть. Не война.

Астерия.

И пусть придется перевернуть все земли драконов, я найду ее.

Глава 49

Я стояла у окна загородного особняка, который Кайран когда-то называл временным пристанищем.

Временным.

Губы сами искривились в тусклой усмешке. Смешное слово. Мы застряли здесь уже почти три месяца, так и не добравшись до Земли Заката, где, по первоначальному замыслу, должны были получить защиту и военную поддержку. Теперь этот дом стал не убежищем, а последним островком перед неминуемым крахом.

За окном люди укрепляли стены, таскали ящики с оружием, ставили дополнительные заслоны у ворот. Все двигались быстро, с тревожной сосредоточенностью обреченных. Никто не говорил вслух, что это бесполезно. Но это понимали все.

Адриан был уже близко.

Я положила ладони на еще совсем небольшой живот и осторожно погладила его.

Три месяца.

Почти никто не знал. Только я и лекарь, которому пришлось довериться, когда слабость и тошнота стали слишком явными. Даже Лиоре я долго не решалась сказать. Беременность казалась одновременно чудом и приговором.

Мое дитя.

Наше с Адрианом дитя.

Единственное живое тепло, которое удерживало меня от окончательного падения в пустоту.

После бегства из Северицы я будто разучилась чувствовать. Не могла радоваться, не могла смеяться. Даже плакать почти перестала. Во мне осталась только печаль — тихая, плотная, как серый туман над болотом.

И ребенок.

Он был крошечной искрой в этой мгле. Иногда мне казалось, что именно он не дает мне окончательно превратиться в холодную статую, которая только выполняет долг и ждет расплаты.

Я снова посмотрела во двор.

Среди воинов резко выделялась фигура Варлена. Он стоял у ворот, высокий, безупречно красивый, в темном плаще с багряной подкладкой. Даже сейчас, когда поражение почти дышало нам в затылок, принц Земли Заката держался так, будто весь мир обязан склониться перед ним.

Он все еще цеплялся за призрачную возможность победить.

И я знала, кого он винил в том, что этот шанс таял с каждым днем.

Меня.

Воспоминание вернулось резко, без предупреждения.

Мы только покинули Северицу. Дорога казалась бесконечной, лошади выбивались из сил, Лиора почти не говорила, Кайран был мрачен. Варлен же, напротив, выглядел слишком уверенным.

Когда мы остановились в лесу, чтобы дать животным передохнуть, мужчины начали обсуждать, куда двигаться дальше и как запутать след. Тогда Варлен с ленивым превосходством сказал:

— Не вижу смысла прятаться так тщательно. Огненный пес мертв. Пока во дворце поймут, что случилось, мы будем уже далеко.

Я подняла на него глаза.

— Я бы не была в этом так уверена.

Он повернулся ко мне. Кайран тоже замер. Лиора побледнела, будто уже поняла, что сейчас произойдет.