Книга Истинная для врага Дракона, страница 57 – Милана Вейр

Судя по тревожной атмосфере вокруг, мне удалось вернуть пошатнувшийся, как мне казалось, авторитет. Солдаты снова смотрели настороженно, говорили тише, лишний раз не попадались на глаза.

Так и должно быть.

Я — король Земли Огня. Ко мне следует относиться соответственно.

И я больше не намерен позволять какой-то красивой девушке выводить меня из себя.

Но я не предполагал, что это окажется так сложно.

Пришлось призвать всю выдержку, чтобы не оглядываться в ее сторону, не искать ее взглядом, не заговаривать с ней. Это было похоже на пытку: перед голодным ставят любимое блюдо, дразнят ароматом, но не дают даже прикоснуться.

К вечеру я был на пределе.

Злой, раздраженный, я едва сдерживался, сидя за ужином в нескольких шагах от Велеи. А когда желание, которое я подавлял целый день, наконец прорвалось, стало совсем невыносимо. Тело словно мстило за эту пытку. Кровь гудела, мышцы были напряжены, каждое движение давалось с трудом.

Нужно было срочно погасить этот голод, иначе я мог потерять над собой контроль.

Из последних сил я удерживался, чтобы не схватить Велею, не утащить в палатку и не сорвать с нее всю эту вызывающую гордость.

Разум подавал сигналы тревоги. Тело требовало своего.

Я с трудом оторвал взгляд от живого искушения, сидевшего напротив и задумчиво смотревшего на огонь. Перевел его на жену, о которой в последнее время почти не вспоминал, слишком поглощенный другими мыслями.

Почему бы не утолить потребность с той, кто принадлежит мне по праву?

Пусть она станет лишь заменой той, кого я хотел бы видеть в своей постели. Эта мысль показалась разумной.

Астерия даже внешне немного напоминала Велею: светлые волосы, светлые глаза, хрупкость. Если подключить воображение, можно представить рядом другую.

Больше я не колебался. Поднявшись, я приказал Астерии следовать за мной.

Каково же было мое удивление, когда Велея посмела вмешаться. Это разозлило меня так, что я едва удержался от более резкого ответа. Девушка в самом деле берет на себя слишком много.

Я все еще кипел, когда Астерия вошла в палатку и замерла в нерешительности. Ее испуганный вид только усилил раздражение. Уже сейчас было ясно: близость с ней не принесет никакого удовольствия. В таком состоянии она сможет лишь терпеть, застыв от ужаса.

А я никогда не любил покорность, рожденную страхом.

Напомнив себе, что для наслаждения у меня есть любовницы, а жена нужна прежде всего для выполнения супружеского долга, я взял себя в руки и сухо приказал:

— Раздевайся и ложись.

Астерия взглянула на походную кровать и затряслась еще сильнее.

— Пожалуйста… я…

— Что еще? — резко спросил я. — Ты ведешь себя так, будто тебя собираются пытать. Ты моя жена, Астерия. И должна понимать, что супружеский долг не исчезнет только потому, что ты его боишься.

Она опустила голову, и по щекам потекли слезы.

— Хватит раскисать, — сказал я жестче, чем хотел. — В прошлый раз ты хотя бы поняла правила. Легла и не устраивала сцен. Что за представление сейчас?

— Извините… — прошептала девушка. — Я сейчас…

Я мрачно смотрел, как она дрожащими руками расстегивает платье. В конце концов не выдержал и помог ей сам. Не грубо, но резко, потому что терпения почти не осталось. Она осталась в тонкой нижней рубашке, под которой было видно, как сотрясается ее хрупкое тело.