Книга Помолвка с препятствиями, страница 72 – Кати Владмар

Ричард посмотрел на меня поверх края стакана, и я отвел взгляд, видя в его глазах слишком явное понимание того, что меня интересуют вовсе не провинциальные новости.

— Свет гудит. Все только и обсуждают, что самый завидный холостяк столицы сорвался с крючка. Рассказывают будто ты потерял голову от какой-то актрисульки и потому разорвал помолвку, но для Жанетт это мало что меняет.

Я поморщился.

— Чтобы хоть как-то замять слухи, граф отправил обеих сестер к тетке в глухую деревню. Так что, мой друг, лучше тебе о ней забыть. Ты в полной мере искупил свою вину перед ней, и теперь вам обоим необходимо двигаться дальше. Не береди себе душу, Генри, тебе сейчас нужно думать о своем выживании в первую очередь.

Значит, деревня. Что ж, это не самое худшее наказание, которое мог придумать граф после потери перспективного контракта. Когда все уляжется, она вернется и сможет жить своей обычной полноценной жизнью, как и хотела. Эта мысль принесла хоть и небольшое, но облегчение.

Мы просидели с Ричардом еще около часа, обсуждая погоду, скачки и политику, старательно обходя опасные темы. Когда он ушел, оставив на столе недопитую бутылку, тишина в комнате показалась еще более давящей, чем до его прихода.

Я снова открыл книгу учета. Становилось очевидным, что усидеть на двух стульях не получится. Нельзя быть лордом, если у тебя нет на это денег, а продавать лошадей по одной, чтобы оплачивать свой престиж – плохая затея.

Взяв чистый лист, я обмакнул перо в чернильницу и начал составлять подробный план действий. Необходимо найти помещение попроще, отказаться от услуг элитных тренеров и минимум вдвое сократить число работников. Я начал составлять список тех, кого придется уволить в ближайшее время.

Будущее, которое вырисовывалось передо мной, на первый взгляд казалось невыносимо пугающим, но я отогнал сомнения, понимая, что должен сойти с проторенного пути, если намереваюсь однажды прийти к по-настоящему своей жизни.

Генри

Окраинная ярмарка воняла навозом, мокрой шерстью и дешевым табаком. В дополнение ко всему мелкая дождевая взвесь прибивала этот невыносимый коктейль из запахов вплотную к земле, делая воздух совершенно непригодным для дыхания.

Я натянул козырек кепки поглубже и поднял высокий воротник суконного плаща, стараясь не привлекать к себе внимания.

После оплаты аренды, фуража для оставшихся лошадей и жалования немногочисленным конюхам, у меня осталась весьма скромная сумма. На эти деньги я намеревался приобрести крепкую рабочую лошадку. Уволив большую часть персонала и отказавшись от услуг дорогих доставщиков, я столкнулся с необходимостью самостоятельно забирать корма с рынка и вывозить отходы. Для такой работы мои скакуны не годились, поэтому нужно было обзавестись недорогим мерином тяжеловозной породы. Например, шайром, можно даже не особо чистокровным.

Давя поднимающееся в груди раздражение от царящей вокруг суеты и грязи, я пробирался сквозь торговые ряды. Здесь продавали все подряд: от выбракованных армейских кляч до дряхлых, полуслепых пони. Среди множества ни на что не годных лошаденок я все же смог присмотреть одного крепкого конягу и уже собирался подойти к его хозяину, чтобы поторговаться, когда мое внимание привлек яростный шум неподалеку.