Книга Потерянная принцесса, страница 57 – Эмилия Рамм

Его обещание позволило мне выдохнуть. Хоть тревога за него и съедало мою душу.

Уже на следующий день мы стояли в главном храме Джеи — расторгнуть помолвку, которая никогда не была настоящей.

Хуже всего было то, что для этого потребовалось участие Совета. Старейшины выстроились полукругом. Их лица покорные, подавленные, но глаза — острые, как кинжал за пазухой.

Я не была в силах остановить дрожь, пробравшую меня при воспоминаниях. О том, как они обошлись со мной. О том, сколько яда и ненависти, уничижительного пренебрежения было в их голосах. О том, как они обращались со мной, как с вещью.

— Прости, — пальцы Амерона сжали мою ладонь сразу, как мы переступили порог Храма. — Их присутствие необходимо. Именно они проводили ритуал небесной пары. И расторгнуть его должны они.

Я кивнула. Во рту пересохло. Смотрела куда угодно — на золотые узоры на стенах, на дым от свеч, на собственные дрожащие пальцы — только не на них.

Заклинание полилось медленным потоком, а руки одного из старейшин рисовали в воздухе древние чары и вдруг… Вокруг нас с Амероном вспыхнуло то самое золотое сияние, как во время ритуала небесной пары.

Оно расплескалось по воздуху, отделяя нас от остальных, а затем впиталось в браслеты, которые витиеватым узором вновь расползлись по руке. Которые затем вернулись к виду тонких обручей без единого намёка на былые узоры и линии.

Мы сняли браслеты и Амерон передал их старейшинам.

— Ваше высочество, мы бы хотели… — старческий голос одного из старейшин заскрипел, как ржавые ворота.

Но Амерон уже вёл меня к выходу из храма, игнорируя говорившего.

Воздух!

Я со свистом втянула его — жадно, до боли. После храмовой духоты он обжигал лёгкие, сладкий, как первая слеза свободы.

Почувствовала взгляд дракона на себе. В его глазах — море грусти. Отчаяние. Буря, противоположная моему тихому облегчению. Я расправляла плечи, впитывая мир, ощущая себя абсолютно свободной, а он…

Он не дал мне ничего сказать. Взял за руку — телепортация рванула за рёбра. Мы перенеслись в его гостиную, и прежде, чем я перевела дух, он исчез, оставив за собой лишь алые искры перехода.

— Амерон…

Ты справишься. Ты гораздо сильнее меня. Сильнее стали. Крепче гор.

А я… Я наконец-то дышу.

Вечером состоялся бал выпускников.

Мы с Нели уже третий час крутились перед зеркалом в её комнате. Последний бал требовал особой подготовки, как утверждала эльфийка.

— Держи, — она вложила мне в руку очередную шпильку, сверкающую как ледяной осколок. — Ты уверена, что хочешь оставить волосы распущенными?

— Абсолютно, — развернулась я к зеркалу, ощущая как прохладные локоны скользят по плечам. Лёгкое мерцание инея в прядях — единственная уступка вечернему образу. Пусть видят ту же Лиссу, что и всегда.

Платье нежно-голубое, как утренний лёд на озере — традиция Академии. Цвет кафедры магии воды — хотя по праву могла бы облачиться в чёрный, цвет своей основной магии. Но сегодня не время для провокаций.

Лишь намёк — опалённые Нели плечи переливались чёрным жемчугом, словно тень, пробивающаяся сквозь лёд.

Эльфийка крутилась перед зеркалом, превращаясь в живой цветок. Фиолетовый шёлк— цвет кафедры целителей, облеплял её фигурку, словно вторая кожа, а в волосах прятались настоящие каплевидные орхидеи, дрожащие при каждом движении.