Книга Замуж за зверя. Попала!, страница 32 – Каролина Бром

Я еле сдержалась от глупой улыбки, ведь отец всё ещё ждал слов, пристально рассматривая моё лицо.

— Да, пойду, — ответила я смело и приблизилась к Адамиру на пару шагов. — Он спас меня всё-таки. С ним мне ничего не грозит. А ты иди, пап, успокой народ и Живду. Начните искать около её дому.

Отец покачал головой, но отпустил. Обнял на дорожку.

— Ох, доча, какая ты у меня уже взросленькая, рассудительная стала… Коль считаешь, что так лучше, пускай. Токмо будь аккуратнее, чуть что, и сразу домой!

— Ладно. Матушке передай, чтоб сильно не тревожилась.

— Адамир! — Голос отца зазвенел стальными нотками, стоило ему разомкнуть объятия со мной. — Смотри мне! Молись Перуну, чтоб со Златой ничего не стряслось, покамест она с тобою. Ежели до потёмок к дому не воротится, разыщу тебя и шкуру спущу, понял?

— Ну коль так, то я сам тебе свою шкуру принесть готов, войт.

— Надеюсь, проверять нужда не припрёт.

Власий поцеловал меня в лоб и пошёл по тропе к общине, опираясь на посох. Пока смотрела ему вслед, что-то внутри меня дрогнуло, глаза стали мокрыми. Так вот она какая, отцовская любовь. Строгая, но сильная…

Непонятно, кому хотелось плакать больше — Златиному телу или Аниной душе. Чтобы не думать об этом, я зажмурилась на секунду, затем обернулась к Адамиру. Тот всё стоял молча, грел мне спину взглядом и почему-то выглядел бледным.

Но тут опомнился и поспешил меня успокоить:

— Не кручинься, козочка. Ежели плутать по лесу не хочешь, я и сам могу найти мальчонку. Ты скажи токмо, кого искать и с чего начать.

— Нет, всё хорошо, я пойду с тобой. — Помотала головой. — Погоди… Ты опять меня так назвал?

— Как?

— Козочка! — Я фыркнула с усмешкой. — Почему козочка?

Адамир призадумался ненадолго и пожал своими сильными плечами. Видимо, для него это тоже был хороший вопрос.

— Не подумал, Злата… Не по нраву тебе? Не буду боле так звать.

— Нет, это… мило. Необычно, но мило

Адамир усмехнулся, взгляд его синих глаз наполнился теплом. Оставив лукошко грибов на крыльце, он произнёс:

— Ну тогда пойдём, милая козочка, найдём заплутавшего. Держись рядышком.

______

*Длань — ладонь.

Как выглядел Первак, я в общих чертах рассказала уже на ходу. Боялась, что скудных описаний может не хватить, но Адамир успокоил тремя уверенными словами — «Найдём, краса, найдём».

Эти поиски разительно отличались ото всех волонтёрских рейдов, в которых мне доводилось принимать участие раньше. В другой жизни, разбившись на маленькие группы по трое-четверо мы бродили допоздна при полной экипировке, с фонариком в одной руке, с картой и ориентировкой — в другой.

Притом мы кричали так громко, что эхо голосов остальных членов поисково-спасательного отряда иногда долетало из других концов радиуса.

В одну из таких вылазок, помнится, я надорвала голосовые связки так сильно, что пришлось идти к врачу. Неделя удалённой учёбы, потом лекарства, ингаляции, общение с мамой только с помощью записок.

Голос полностью восстановился только месяц спустя, и я смогла на собственной шкуре прочувствовать, что это такое — хотеть столько всего сказать, столько эмоций пытаться выразить голосом… А никак!

И вскоре после того, как поправилась, я отправила добрую часть своих студенческих сбережений в фонд помощи глухонемым и слабослышащим.