Книга Дом Зверя, страница 103 – Мишель Вон

«Астер! – подумала я, собрав остатки сил. – Астер, помоги!»

Я почувствовала миг, когда он наконец ко мне прорвался. Что-то – кто-то – такой знакомый, что я ахнула, – отозвался. Коснулся разума так глубоко, будто обнажил всю душу. Я впустила его – он овладел мной, моей стальной рукой, обнимая, точно любовник. Боль тут же ушла, весь мир исчез, остались только мы. Зловоние смерти стало острее, путь, который она проложила, был таким ясным, что оставалось лишь повести мечом.

Максимус снова замахнулся, но теперь я будто заранее увидела его движение. Я выбила у него меч с такой силой, что дядя пошатнулся. Стремительный, как стрекоза, мой клинок вспорол воздух. Внутри меня вспыхнул ослепительный свет, затмивший все, кроме зова черной стали в руке.

Следующий удар пришелся не по металлу, а прямо в плоть. Что-то с громким лязгом упало на пол. Горячая кровь хлынула на мрамор, где-то вдалеке раздался крик.

Замки церемониальной комнаты с громким скрежетом все-таки наконец поддались, и дверь распахнулась. Загрохотали шаги: рыцари ворвались внутрь и бросились к дяде – тот стоял, шатаясь, с моим клинком в груди.

Он улыбнулся мне, зубы алели от крови.

И сказал:

— Настоящим объявляю Альму Авера своей преемницей: когда моя душа уйдет в иной мир, она станет следующей Первой Дланью Лютого Зверя.

А потом рухнул.

Стало ужасно холодно, когда тот свет – свет Астера – погас. К тому же я потеряла много крови. Я сидела, дрожа, в жестком кожаном кресле и старалась успокоиться, хотя в груди ныла зияющая пустота. Едва дядю унесли на носилках, меня затолкали в какую-то мрачную гостиную. Вокруг меня хлопотал Беспечальный целитель. От него исходило чужеродное, почти тошнотворное покалывание магии – невыносимое после того, как в меня влилась сила моего бога. Я старалась не обращать на это внимания, несмотря на его жуткую, не сходящую с лица улыбку.

Тем временем инквизитор продолжила допрос:

— Почему лорд Максимус выбрал именно вас?

— Не знаю.

Кажется, за последние полчаса я уже раз десять повторила эти слова. Инквизитора я не убедила. Ей нужны были ответы, и она твердо верила, что они у меня имеются.

Непонятно, как доказать обратное.

Мои ответы Совет не устроили – а уж тем более Даранту. Та ворвалась в комнату и едва не вцепилась мне в глотку. Лорд Максимус Авера не умер, однако был ранен так тяжело, что все боялись: он уже не очнется. Даранта была вне себя от ярости, ее сдерживало лишь присутствие старшего брата – Карнуса Метиа: тот сидел в углу и с прищуром за мной наблюдал. Он явился как представитель Совета, глава Дома Метиа, входящий в высшие эшелоны власти, а также как помощник инквизитора: от взгляда его затянутых пеленой глаз не ускользнул бы никакой обман. Отец и Каим тоже были здесь, их уже успели коротко опросить.

— Разговаривали ли вы с дядей прежде? – спросила инквизитор.

— Нет, – снова отозвалась я. Она уже и так и эдак задавала один и тот же вопрос: то ли пытаясь освежить мне память, то ли подловить на противоречии. Но как можно признаться в том, чего никогда не было? – Сегодня я с ним впервые встретилась лично.

— Лично? Значит, переписывались? Или общались иначе?

— Нет, – зло огрызнулась я.

— Тогда с какой стати Максимусу объявлять тебя своей наследницей? – не в силах больше терпеть, рявкнула Даранта. – У него не было повода! Всю жизнь он готовил к этому титулу Каима. Это полная чушь, инквизитор, я требую объяснений!