Книга Мужья на блюдечке, страница 91 – Елена Арматина

И снова пассы руками, затуманенный взор и неясное бормотание Учителя. Найвен и Креззо напряженно всматривались в пламя, которое, казалось, лизало какую-то стену. Вздрогнули, когда по этой мистической стене поползли огненные трещины. А за той стеной — еще одна. И еще одна. Одну за другой рушил Аркарон воздвигнутые в памяти Суоми блоки.

К тому моменту, когда в огне показалось лицо спящей девушки, молодые люди уже и не дышали от напряжения. А когда из закрытых глаз по высоким скулам стекли первые слезинки, с шумом выдохнули. От их дыхания пламя всколыхнулось, поднимаясь еще выше и озаряя все вокруг. В волшебном пламени казалось, что комната преобразилась. Теплые бревенчатые стены вспыхнули холодом металла, хищно освещаемого светильниками, отбрасывавшими вокруг зловещие тени. Казавшаяся богатой обстановка чужой комнаты навевала какие-то жуткие ощущения.

Боясь вздохнуть и спугнуть хрупкие воспоминания, они увидели на широкой кровати с темными простынями беснующееся мужское тело. Будто молот в наковальню вбивались его крепкие бедра в хрупкое девичье тело. Тихий плач и яростное возбужденное рычание нарушали зловещую тишину.

Какой-то частью своего мозга и Найвен, и Креззо уже поняли, кого терзает незнакомец. И все же судорожно вглядывались, пытаясь разглядеть скрытое за бугрившейся мышцами спиной девичье лицо.

Сердца Найвена и Креззо рвались от боли, легкие жгло, а в головах кипел, клокотал настоящий ад. Появление еще одного персонажа, оттащившего насильника от скорчившейся на огромной кровати девушки не помогло им в слепой, яростной беспомощности. Как в тумане они смотрели на девушку, казавшуюся белоснежным сгустком боли на темном шелке.

Они смогли выдохнуть, лишь когда увидели склонившуюся над Суоми женщину. Светлые кудряшки на голове подрагивали в такт дрожащим от слез плечам. Из-под отражавших неоновый свет круглых очков беспрестанно капали слезы.

— Я помогу тебе, милая. Этот монстр больше не обидит тебя, — шептала она, погружая на долгие годы Суоми в сон.

— Остановись, — хрипло прорычал Креззо.

В горле Найвена клокотали эмоции, не в силах превратиться в слова.

В последней яркой вспышке огня они слышат далекий вскрик и видят проснувшуюся в их постели Суоми. Ее огромные от ужаса глаза смотрят прямо им в душу.

— Она ЭТО вспомнила? — наконец-то смог облечь мысли в слова брюнет.

— Кто он? Найди мне его, Учитель, — прорычал Креззо.

Аркарон молча смотрел в спины удаляющихся парней. Даже сквозь одежду было видно, как на их телах горели появившиеся еще у Чар-озера узоры. Казалось, что огненное и ледяное облако обволакивают своих хозяев, то и дело смешиваясь, и от этого вспыхивая еще ярче.

— Она уже здесь, мальчики, — срывающимся от боли голосом пробормотал Учитель. Ему было невыносимо больно смотреть, на то, как страдают его воспитанники. И становилось еще больней, когда думал о том, что именно он пробудил у несчастной девушки надежно спрятанные жуткие воспоминания.

Выскочив из душной комнаты, молодые люди какое-то время стояли молча. Креззо застыл неподвижно, смотря вперед глазами, превратившимися в льдинки. У Найвена же, наоборот, казалось, что вот-вот дым из ушей повалит.

Всего несколько вздохов, а казалось, что прошла целая вечность, когда подал голос брюнет: