Книга Академия Боли. Я умру вместо принца, страница 103 – Кристина Юраш

— Мертвая девушка была моей фамильяркой, — тихо, спокойно произнес он. — И мне стало любопытно!

И почему-то от этого стало не по себе.

Потому что в этих словах не было привычной ледяной отстраненности. Было что-то другое. Что-то тяжелое. Как камень, брошенный в глубокую воду.

— Вы могли попросить. Я бы вам его отдала.

— Мог.

— Но не попросили.

— Нет.

Я скрестила руки на груди, слыша, как наши гулкие шаги отдаются от стен Академии.

— Очень благородно, ваше высочество, — проворчала я, понимая, что дневник и так должен был попасть в его руки. Такова была последняя воля умирающей. И я должна радоваться, что смогла выполнить последнюю волю. Но я не радовалась.

— Мы опаздываем на лекцию, — резко перевел тему разговора принц, ускоряя шаг.

— Вы всегда так делаете? — с раздражением произнесла я, пытаясь его догнать.

— Как? — небрежно поинтересовался принц.

— Берете без спроса чужие вещи, а потом говорите, что мы опаздываем? — нахмурилась я.

Белит негромко каркнул.

Мне показалось, что ворон развлекается.

Виерис же выглядел совершенно невозмутимым. Но сквозь связь я почувствовала, как где-то глубоко, на самом дне его сознания, шевельнулось что-то похожее на раздражение. Короткое. Мимолетное. Тут же подавленное.

— Только когда чужие вещи касаются моей жизни, — ответил Виерис.

— Они касаются не вашей жизни. Вашей жизни ничего не угрожает, пока рядом есть фамильяр, — прошептала я.

И тут же осознала, что только что сказала. Зря. Зря я это брякнула.

На этот раз принц замолчал. По-настоящему. И не просто замолчал, а остановился, глядя на меня. Не сквозь меня. Не поверх меня. Прямо на меня. И в этом взгляде было столько всего, что у меня перехватило дыхание.

А потом он произнес:

— Иногда это одно и то же, — произнес он так тихо, что я едва расслышала его слова.

Я не нашлась, что ответить.

И это раздражало еще сильнее.

Потому что в этих словах была правда. Страшная, извращенная правда. Смерть фамильярки означала окно уязвимости для хозяина. Значит, убийцы могли добраться до него. Значит, ее смерть была его смертью.

Но я не хотела думать об этом. Не сейчас.

Глава 91

Коридор восточной башни был почти пуст. За высокими узкими окнами моросил дождь. Капли стекали по стеклу медленными извилистыми дорожками, искажая серое небо за окном. Где-то далеко прогремел гром — глухой, низкий, заставивший пол слегка вибрировать под ногами.

Воздух пах сыростью, старым камнем и озоном.

Некоторое время мы шли молча.

Его шаги были бесшумными. Плавными. Мои каблуки цокали по камню — неровно, сбивчиво, выдавая мою нервозность.

Я чувствовала его присутствие физически. Как жар, исходящий от его тела. Как запах его парфюма — ночные цветы, магия и что-то горькое и запретное. Как пульсацию магической связи, которая теперь казалась не петлей, а чем-то другим. Живым. Дышащим.

Я первой нарушила тишину.

— Вам она нравилась? Не так ли? — спросила я, понимая, что хотела бы знать этот ответ сейчас. Не позже, не завтра. Сейчас.

Может, он тоже кормил ее конфетами, может, тоже защищал перед другими, просто об этом слухи, как обычно, умалчивают. Может, я не исключение. Ведь бывают же хорошие хозяева. Даже в нашей Академии есть те, кто идет наперекор всем и заботится о своем фамильяре, считает его если не другом, то хотя бы не пустым местом.