Книга Академия Боли. Я умру вместо принца, страница 80 – Кристина Юраш

— Неподобающее поведение? — повторил Виерис. В его тоне не было вопроса, только ледяное удивление.

— Она неоднократно перебивала преподавателя. Спорила. Отказывалась принимать установленные нормы Академии и Кодекса, — Ронн говорил все быстрее, набирая уверенность. — В связи с этим ей было назначено наказание.

Виерис молчал. Его фиалковые глаза оставались прикованы к бумагам.

Ронн продолжил, чувствуя, что молчание принца можно трактовать как согласие:

— Переписать третий раздел Кодекса преданности. Полностью. В качестве урока смирения и уважения к традициям, — в голосе Ронна прозвенела неподдельная гордость собой и своими методами воспитания.

Пауза.

В аудитории стало так тихо, что я слышала, как бьется мое собственное сердце — часто, гулко, отдаваясь болью в висках.

— Полностью? — переспросил Виерис. Наконец-то он поднял голову.

— Да, ваше высочество, — кивнул Ронн, и в его глазах мелькнуло торжество. Он думал, что сделал правильное дело. Что защитил авторитет кафедры.

— Понятно.

Виерис подошел к моей парте. Шаги его были почти бесшумными. Только шелест мокрого плаща. Он взял верхний лист. Пробежал взглядом по моим аккуратным, вымученным строчкам. Перевернул. Еще один. Еще один. Еще один.

Он листал страницы с методичностью палача, проверяющего качество заточки топора. И хмурился.

Я наблюдала за ним, не понимая, что происходит. Сердце колотилось где-то в горле. Белит склонил голову набок, словно тоже чего-то ждал. Или наслаждался моментом.

Виерис положил листы обратно на стол. Аккуратно. Выровнял края.

— Сколько осталось?

Я моргнула, растерянно глядя на него.

— Что?

— Сколько страниц осталось, фамильярка? — его голос был ровным, но в нем звенела сталь.

— Двадцать три, — прошептала я, глядя на свои чернильные пальцы и тщетно пытаясь их оттереть.

— Понятно.

Он кивнул. И повернулся к двери, откуда мы вошли.

— Стража.

Двое императорских гвардейцев появились в дверном проеме почти мгновенно. Они ждали снаружи аудитории, сопровождая наследника. Их лица были скрыты забралами, но я чувствовала их напряжение.

Ронн нахмурился, теряясь в догадках.

— Ваше высочество?

Виерис указал рукой на свободные парты в первом ряду. Жест был коротким, властным.

— Садитесь.

Гвардейцы переглянулись. Один из них неуверенно шагнул вперед.

— И перепишите оставшиеся страницы, — добавил принц.

Глава 82

Повисла тишина.

Такая густая, вязкая, что даже дождь за узкими окнами-бойницами будто стих, затаив дыхание и прислушиваясь к тому, как рушится привычный порядок вещей.

Первый гвардеец очень медленно, с лязгом металла о металл, повернул голову ко второму.

Второй — к первому.

Потом оба синхронно, как по команде невидимого дирижера, посмотрели на принца. В их глазах, в их жестах читалось полное, оглушительное непонимание. Но страх перед наследником оказался сильнее здравого смысла.

— Ваше высочество? — осторожно переспросил один из них. Голос прозвучал глухо, искаженный сталью забрала.

Виерис даже не моргнул. Его фиалковые глаза оставались холодными и неподвижными, словно два осколка льда.

— Я неясно выразился? — спросил он. Тихо. Мягко. И от этой мягкости у меня по спине пробежал такой холодок, что зубы едва не застучали.

Гвардейцы синхронно выпрямились, щелкнув каблуками так, что эхо метнулось под потолком.