Книга Герцогиня под прикрытием: кухарка на полставки, страница 39 – Екатерина Евгеньева

А потом словно что-то щелкнуло и я начала проживать свою вторую жизнь, такими же обрывками, но уже без эмоций. Как зритель в кино я следила за попытками Хелен жить в мире, где она была нужна лишь троим — отцу, которого обманом женила на себе Маргарет, тетушке Мэри и старой нянюшке, которая старалась сделать так, чтобы девчушка не сильно страдала от отсутствия материнской ласки.

Кадрами мелькали передо мной дни из детства и юности, где, к моему сожалению, после смерти отца стало совсем темно.

Овдовев, Маргарет Эверли сразу отлучила няню от дочери, сказав, что та уже слишком большая для заботы пожилой женщины. Спорить с новой главой дома никто не мог, и Хелен пришлось довольствоваться редкими встречами с бывшей няней практически под покровом ночи. Но и это продолжалось недолго. Прознав о тайных встречах, Розалин, милая младшая сестра, сделала все, чтобы прекратить и это. Умело сыграв на желании Хелен стать «своей» в своей же семье, она сказала, что герцогине не пристало якшаться с прислугой, и что будь Хелен поумнее, то поняла бы это сама.

Все и правда выглядело именно так. Взрослея, аристократы и дети знатных домов сразу же рассчитывали вырастивших их людей, давая им отменные рекомендации.

У нас бы на такое сказали «мавр сделал свое дело, мавр может уходить». Так что не было ничего удивительного в том, что наивная Хелен поверила сестре и отдалилась от няни, для нее все было в рамках дозволенного и привычного. Меня покоробило. Как можно отвернуться от одного из близких тебе людей?

— Хотя, — обдумав все, решила поговорить сама с собой, — думаю, у меня еще будет шанс все наладить. Надо как-нибудь перевезти нянюшку сюда, а то не дело это.

Прикрыла шторы и снова легла в кровать. Мыслеобразы роились перед глазами, в ушах звенело, а в голове пульсировало при каждом ударе сердца. Но это была малая плата за единение души и восстановление памяти.

Спустя несколько часов я чувствовала себя почти человеком. Почему почти? Теперь надо было уложить по полочкам знания об обоих мирах и очень внимательно следить за тем, что я говорю. В моей новом-старом мире не было ни телефонов (теперь я поняла, что так упорно искала в карманах платья), ни автомобилей. Все только развивалось. Но зато здесь была магия, и, как я уже успела убедиться благодаря тетушке, использовали ее повсеместно — зажигали огонь, включали артефакты, проводили ритуалы.

— Даже вполне успешно, — я наконец-то смогла безболезненно сесть. Даже показалось, что шишка на голове стала меньше. Теперь, когда я стала Еленой, чуть поморщилась при воспоминаниях о бывшем и о том, как застала его с сестрой, можно было начинать новую главу жизни.

Имя, кстати, решила оставить прежнее, Елена. Против «Хелен», данного отцом, ничего не имела, просто не всегда на него реагировала, все же столько лет была Леной. Зато теперь стало понятно, почему назвалась доктору именно им, подсознание взяло свое. Может, конечно, и без ритуала я бы все вспомнила, но так, с ритуалом, точно оказалось быстрее.

Оставалась лишь малость — дойти до зеркала и посмотреть на новую себя. Это оказалось намного сложнее, чем я думала. С одной стороны, внешность Хелен из-за ритуала меня пугала, да и шрам болел и ныл, представляю, что чувствовала бедная девушка все эти годы, если я за несколько дней от него устала. С другой, после того как ритуал был завершен, а в этом я была уверена на все сто, так как теперь стала цельной личностью, мне придется жить именно с тем, что увижу в зеркале.